Ванесса сочла эту мысль удачной, они могли уединиться и, возможно, ей удалось бы склонить девушку к мысли завести себе для разнообразия дуэнью. Но Барбара, узнав о том, что накануне вечером Ванесса разговаривала с доном Рафаэлем с глазу на глаз, вбила себе в голову, что юная англичанка донесла на нее. Как мало она была знакома с британской осмотрительностью!
Молодая, сбитая с толку, влюбленная — вот какие слова приходили на ум Ванессе при виде Барбары. Браслет из монеток на тонком запястье звенел, не переставая, поскольку острые ногти непрерывно барабанили по матадорским брюкам. Девушка не доверяла никому из окружающих, конечно, исключая своего дорогого Рая, потому что инстинктивно не доверяла собственным чувствам и догадывалась, что они могут завести ее на опасный путь. Она со вздохом наклонилась над сигаретницей в форме гондолы. Крышка открылась, и заиграла итальянская мелодия. Ванесса подумала, что игрушку привезли из Венеции, когда идальго ездил туда, чтобы полюбоваться фресками и дворцами на каналах.
— Ты считаешь, глупо сходить с ума по Раю? — Барбара постучала по пробковой крышке ногтями и встретилась с ясным взглядом зеленых глаз Ванессы. — У тебя такая яркая внешность, ты и чувствовать должна столь же ярко, а ты разговариваешь со мной, как английская учительница-педант. Или вы, англичане, не доверяете ничему, на чем нет клейма с британским львом?
Ванесса чуть не расхохоталась, что-то в этой девушке было такое, перед чем трудно устоять, даже когда она капризничала:
— Ты не стала бы окружать свои встречи с Раем такой тайной, если бы считала, что твой крестный одобрит вашу… дружбу. И ты не держалась бы со мной так надменно, если бы я рассказала ему о ваших встречах, чего я не делала.
— Чем тебе не нравится Рай? — мрачно поинтересовалась Барбара. — Что тебе известно о нем, да и о мужчинах вообще? Ты говорила, что у тебя никогда не было жениха, и мне кажется, ты просто завидуешь тем чувствам, которые питает ко мне Рай.
— Ты очень ошибаешься, если полагаешь, что мне бы хотелось… любви… по темным углам, — отрезала Ванесса.
— Может быть, ты вообще боишься любви. — Барбара пыхнула сигаретой и приняла оборонительную позу, которую, очевидно, заранее продумала до мелочей: слегка согнула колено, положив на него руку с серебряным браслетом на запястье, и опустила веки.
