В Плетущей читатель оказывается в ледяной тиши глухой пещеры, где каждое движение вызывает невыносимую боль и дрожь. Несущаяся смертельная сила сковало кровь, а холода и сырости проникают до самых костей. Атмосфера непроглядной темноты и жуткой одиночества растекается по каждой странице, создавая невероятный эмоциональный подъем....
Он протянул руку: – Проклятье, ладно. Садись! Поедем к Рокелю.
Ена не мешкая забралась в седло позади Зорана. Оказавшись в безопасности, она сдавила его руками, борясь с внезапными слезами, наслаждаясь осознанием, что он жив и Рокель где-то рядом. Зоран подал своим людям какой-то знак, а сам развернул коня, вывел подальше от стен, где было меньше мертвецов, и пустил галопом. Ена прижалась к спине Зорана, прячась от холодного ветра. Когда они обогнули Сечень, добравшись до северных ворот, она наконец увидела пожар.
– Вон там! – прокричал Зоран, указывая на обрыв, виднеющийся в конце рощи.
– Нет! – воспротивилась Ена, заметив красные плащи. – Я их знаю! Скачи дальше!
С явной неохотой, но князь подчинился. Возрождённые девушки толпились у края обрыва, Морана и Алай развернулись, почувствовав приближение коня. Богиня не выглядела удивлённой или расстроенной, наоборот, на её губах отразилась улыбка облегчения. Стоило Ене слезть с коня, как Морана обняла её, застав врасплох.
– Извини, я приказала Алаю отстать от тебя. Вокруг было слишком много покойников, – зашептала Морана, Ена ощутила ласковое поглаживание по волосам и державшее её напряжение растаяло, позволив оцепеневшим мышцам прекратить дрожать.
– Тебя ранили? – спросил Алай, так же уперев внимательный взгляд в девушку.
– Нет, это чужая кровь, – ответила Ена, вспомнив о кровоподтёках на лице.
Искреннее облегчение Мораны и Алая заставило сердце Ены сжаться.
Зоран спрыгнул с коня, Алай среагировал первым и загородил Ену и Морану, заставив князя замереть.
– Всё в порядке! – встряла Ена, заметив, что Зоран напрягся, а рука потянулась к мечу. – Это Зоран – нынешний князь сеченский. Я выросла в его доме, он мне как брат.
– Ена, кто с тобой? – спросил Зоран.
– Это… Морана.
