– Да, девочка прониклась ко мне доверием и в трудную минуту позвонила, что тут такого?
– Что у нее стряслось?
– Господи, бедняжка! – воскликнул Михаил Петрович, чувствуя, что краснеет. – А что она от тебя-то хотела?
– Миша, она еще ребенок совсем… Он ее бросил, а она не знает, как об этом сказать родителям… Боится…
– Глупости какие, отец в ней души не чает!
– Но он не хотел, чтобы она выходила за этого парня. Римма настояла на своем, а дело вон как обернулось, ей стыдно, тяжко, одиноко…
– И она не нашла никого, кроме тебя, на роль жилетки?
– Не нашла. Миша, почему ты сердишься?
– Я не сержусь, просто я волновался… Я все время волнуюсь, когда тебя нет рядом… Ну так что ты ей посоветовала, чем смогла помочь?
– Чем тут поможешь? Просто поговорила с ней, дала возможность выплакаться, излить душу, постаралась объяснить, что жизнь с уходом мужа не кончается…
– И она вняла твоим словам?
– Между прочим, парень, похоже, не вовсе подонок, если ушел от такой жены, ведь ее отец страшно богат и влиятелен, а он прожил с ней всего несколько месяцев и вряд ли успел хорошо поживиться… Она очень горюет?
– Это не совсем то… Она говорит, что отчасти даже рада освобождению… Что быстро поняла – они не любят друг друга, но все же его уход был для нее ударом, но, пожалуй, горем это назвать нельзя… Там все сложнее…
– Тогда за каким чертом ты ей понадобилась?
– Миша, девочке одиноко, плохо, уязвлено самолюбие – это главное, а мать, насколько я поняла, ей тут не помощница, даже наоборот… Ну все, я больше не хочу об этом говорить. Ну потратила я на Римму несколько часов, мне их совсем не жалко, потому что если бы не Риммина свадьба…
– Ерунда, я уже объяснял тебе, что мы бы все равно встретились. Лучше поцелуй меня, я тут извелся…
– Погоди, а куда это вы с таким таинственным видом сегодня исчезли? Что затеяли?
– Знаешь, я хотел тебя предупредить… Мишка теперь зовет меня папой. Это была его инициатива.
Марина грустно улыбнулась.
– Нет, если ты действительно хочешь стать ему отцом.
– Да, кстати, завтра мы обедаем у моей мамы! Мне здорово влетело за то, что я столько времени тебя от нее скрывал.
– Значит, смотрины, – усмехнулась Марина. – Мне надо не ударить в грязь лицом.
– У меня умная мама, она сразу поймет, какое ты золото. А я не спросил, Римма знает о нас с тобой?
– Не имею понятия. Скорее всего, не знает, а я ничего пока говорить не стала, было бы бестактно в этой ситуации хвастаться своим счастьем.
