Оказывается, пожар тоже бывает кстати, и не только поджигателям! Она решила немедленно заняться благоустройством дачи. Там уже побывал зять тети Нюши, вставил стекла, починил крыльцо, осмотрел все внутри и сказал, что дом нормальный, жить можно, надо только еще отопление проверить. На Маринину просьбу заняться и этим он с радостью согласился. Этот Слава и впрямь был мастер на все руки, так что к Севиному приятелю Марина даже и обращаться не стала. Саму ее больше волновал интерьер. Покупать новую мебель она не считала нужным, надо сперва обжиться, чтобы понять, что же именно следует купить. Но привести дачу в божеский вид необходимо. Повесить занавески, купить яркие пледы, какие-нибудь скатерки, покрывала.
Погода стояла божественная, в старом, запущенном саду все цвело и благоухало, пела какая-то птица. Я совершенно не знаю птиц, с сожалением думала Марина. И вообще, наверное, надо бы посадить тут хоть какие-нибудь цветочки, а впрочем, и так хорошо. Главное – потрясающий воздух, для Мишки это сейчас очень важно… А что важно для меня? Мишкино здоровье прежде всего. Наверное, это ненормально в моем возрасте, но у меня вроде как нет никаких женских желаний… Был момент, когда вдруг захотелось любви и даже появился мужчина, в которого я могла бы влюбиться, а может, даже полюбить. И что? Ничего. Видно, не судьба. Мне тридцать восемь лет, а по-настоящему я еще не любила. Когда женщины иной раз рассказывают, как сходили с ума от любви, я им даже не очень верю. А Тася? Она, можно сказать, жизнью ради любви пожертвовала, а ее жертва оказалась не очень нужна… Наверное, у меня просто нет этого таланта – любить. А на нет и суда нет!
Марина с остервенением взялась за дело – распаковала купленные вчера занавески и полезла на стремянку.
Михаил Петрович твердо решил увидеться с Мариной. Прошло двенадцать дней, за это время все могло измениться. Вот взгляну на нее и, может, останусь совершенно равнодушен. Из аэропорта он поехал на фирму. Во всем здании чувствовался запах гари.
– Что случилось? – спросил он охранника.
– На новом этаже пожар был.
– Кто-нибудь пострадал? – обмирая, спросил он. Ему вдруг показалось, что Марина погибла в огне. По спине потек холодный пот.
– Нет, дело ночью было.
– А, тогда ладно. – Он ощутил неимоверное облегчение. А ведь это уже серьезно…
После долгих восторгов, поздравлений и благодарностей Булавин спросил:
– Миша, ты не думай, я не забыл, что обещал тебе поработать золотой рыбкой.