Покончив со стульями, Марина достала из сумки приготовленные Алюшей бутерброды, а потом, усевшись в одно из кресел, решила подкоротить кухонные занавески, белые в зеленых ветках. Ей вдруг не понравилось, что они такие длинные. Я их подкорочу, а из обрезка сделаю ламбрекен, получится то, что надо. Мою дачу еще будут фотографировать для какого-нибудь женского журнала для рубрики «Делаем сами»!
– Неужели твой Булавин не мог дать тебе выходной?
– У меня куча дел, некогда! А ты сегодня в город не едешь?
– Жду звонка, может, придется принять зачеты у одной группы…
– Кстати, Вика, у тебя новые духи?
– Серьезно? А по-моему, чудный запах. Мне до смерти надоели мои духи, вот и решила купить себе другие.
– Меня вчера чуть не стошнило, такой тяжелый запах…
Жена внимательно на него посмотрела. Но ничего не сказала.
Он допил кофе и хотел уже идти к машине, но тут появился Сидор. Он здорово хромал.
– Миша, смотри, он поранился! – всполошилась Вика.
Он осторожно взял кота на руки, тот жалобно мяукнул. Задняя лапа была в крови, похоже, кот на что-то напоролся.
– Придется свозить его к Марье Ильиничне, – покачал головой Михаил Петрович. – А то как бы заражения не было!
– Ерунда, он прекрасно залижет рану!
– Нет уж, я своего Сидора отвезу, на работе подождут.
Марья Ильинична была чудаковатая старая ветеринарша, жившая в деревне неподалеку. И все обитатели охраняемого дачного поселка возили к ней своих приболевших питомцев. Никто лучше нее не умел обращаться с животными. Даже самые злые собаки у нее становились мирными, словно она знала какой-то заговор.
К счастью, Марья Ильинична оказалась дома.
– А, Михаил Петрович! Рада вас видеть! Что стряслось?
– Да вот, Сидор лапу распорол.
– Ну-ка, ну-ка, да как глубоко! Ну ничего, мы сейчас промоем рану, мазь положим, повязочку сделаем. Дня через три снимете повязку. Если будет плохо заживать, уж не поленитесь, привезите его еще разок!
– Да уж я знаю, вы не поленитесь.
– Как вам удается делать такие повязки, что кот их не сдирает? Они всегда у него держатся.
– Не знаю, так получается.
– Потому что вы ветеринар от Бога! – искренне произнес Михаил Петрович и поцеловал старушке руку.
Она зарделась от удовольствия. Михаил Петрович всегда ей нравился. Он был хорошо воспитанный, в отличие от многих его соседей по поселку, и всегда держался подчеркнуто любезно, а при этом еще и хорошо платил.
– Михаил Петрович, знаете, у вас сейчас что-то очень важное в жизни происходит.