Автор
В темном углу лачуги шумела огонька камина, а за окном стучали ветер и дождь. Глухие звуки тщательного ухода за сеном и периной наполняли пространство, будоража воображение. Звениславка не спала, она стремилась вернуться домой пораньше, чтобы вволю побалаграть с книгами в своей маленькой комнатке....
И никакие строгие запреты батюшки да мужа не могли помешать невестке дядьки Крута, ясноглазой Нежане, подглядывать в узенькие щелочки за тем, что на подворье творилось. Да и Рогнеду силой никто бы не удержал.
Вот и прокрадывалась она вместе с Нежаной в пустующие нынче горницы, чтобы разговоры, для их ушей не предназначенные, подслушать да на вещи, которые бабам знать не полагалось, посмотреть.
Вестимо, и перепуганные чернавки встревоженным шепотом рассказывали, что со дня на день ждали в городище, что прорвется Святополк за стену.
Потому уже после первой страшной ночи Звенислава на бурчание воеводы Крута посмотрела совсем другими глазами.
А когда пришел он к ним в горницу поздним, поздним вечером — грязный, изнуренный, с провалившимися глазами — сразу уразумела, о чем он будет с ними говорить. И не прогадала.
Дядька Крут велел взять сухих лепешек да теплой одежи, завязать в узелок самые богатые украшения — мало ли, для чего сгодятся. И сказал, что рано-рано утром, еще до рассвета, отведут их к лодке.
И сердце у Звениславы не разорвалось.
Лишь перестало стучать на короткое мгновение, а потом забилось сильно-сильно, когда к мужу и батюшке, всхлипывая и плача, с двух сторон бросились Любава Судиславна с Нежаной. Проснулись и заревели перепуганные дети, которых едва-едва удалось уложить спать на лавках. Вскочила на ноги и побледнела Рогнеда, приложив к щекам обе ладони."
"И лишь княжна Предислава, слабая умом, мазнула затуманенным, равнодушным взглядом по воеводе да дальше продолжила что-то бормотать себе под нос.
Воевода Крут одной рукой обнимал прильнувшую к нему сбоку жену, другой растерянно гладил по простоволосой, светлой голове невестку, рухнувшую ему в ноги и цеплявшуюся нынче за его воинский пояс, и смотрел Звениславе в глаза.
Звенислава провела ладонью по щекам, смахивая невольные слезы, и кивнула, отвечая на пристальный взгляд дядьки Крута.
— Княжич с вами пойдет. Князь, — сказал воевода и, вздохнув, повернулся к невестке. — Ну что же ты, вон, мальцов как испугала.
