Автор
Сегодня день первый. Я еще счастлива (пока), пока не понимаю, что значит «жрать охота». Подумав о вчерашнем обеде, я хохотнула от смеха, и слюна вытекает изо рта, голодный желудок жалобно стучит. Открыв холодильник, я смотрю на его пустоту, готовясь к дневному приключению.
Довершали великолепие свалянные в колтун волосенки, обрамляющие щекастое лицо. Да уж, тут не то что мама, я и сама не поняла, что вижу свое отражение. Если бы тетка в зеркале не повторяла моих движений и обезьяньих ужимок, ни за что не поверила бы.
– Это… ну… вот. Твою мать… – попыталась сформулировать я.
Люся радостно хмыкнула, довольная произведенным эффектом.
Сашка уже сидел за самым шикарным столиком, явно ни в чем себе не отказывая. Люся окинула взглядом заставленный деликатесами стол, но промолчала, явно решив не жалеть денег для важного дела.
– Ой, дурак, – пыхнула огнем моя подруга и потащила меня в самый дальний угол ресторана, скрытый в темноте.
– Слушай, может, давай все отменим? – предложила я, жадно глотая воду и расчесывая в кровь башку под париком-мочалкой.
– Да ты чего? – округлила глаза Люсинда, вдруг замерла и прошептала: – Ну все, понеслась косая в щавель.
Я нервно оглянулась и увидела Марту, входящую в ресторан под ручку с молодым хлыщом, на лице которого застыло брезгливое выражение. И вообще весь он был какой-то ненатуральный, словно фильдеперсовый, как пупс.
– Коньяку мне, – приказал Лелик, – триста и лимончик.
– Да? А по-моему, пока все как надо идет, – дернула я плечом, проглатывая второй стакан виски. В голове приятно зашумело. И я откинулась на спинку неудобного стула, уже не считая нашу затею такой уж идиотской.
Катька в это время сидела, обнявшись с телефоном, и во всю развлекаясь с преобразователем голоса. Ей была отведена миссия позвонить Завьялову и сообщить о прелюбодеях. Если все получится, конечно.
– Начинается, – шепнула Люся и замерла, не донеся до рта ведерный бокал с вином всего на несколько миллиметров.
