Автор
Сегодня день первый. Я еще счастлива (пока), пока не понимаю, что значит «жрать охота». Подумав о вчерашнем обеде, я хохотнула от смеха, и слюна вытекает изо рта, голодный желудок жалобно стучит. Открыв холодильник, я смотрю на его пустоту, готовясь к дневному приключению.
Три в одну посуду и огурец.
– Юлька, ну когда ты уже научишься пить? Текилу надо солью и лаймом заедать, что за плебейство? – недовольно проворчал бармен, выполняя мой заказ.
– Я себя лосем чувствую, когда соль лижу, – пожаловалась, – и вообще, не учи меня жить.
Текила пронеслась по пищеводу огненной волной. Я бодро захрустела огурцом и начала себя жалеть. Так со мной всегда происходит после первой дозы спиртного.
– Вот скажи, Слав, я что, не заслуживаю любви? Вот скажи, а? И этот еще Заха-а-а-ар сумасшедшей обзывается.
– Может, это… похудеть тебе стоит? С гардеробом разобраться? И на лосиху сразу перестанешь похожей быть, начнешь пить правильно… – вякнул бармен, но, напоровшись на мой уже не совсем трезвый взгляд, подавился и закашлялся, так что его тираду мне не довелось дослушать.
– Повтори, – приказала я, и парень метнулся за бутылкой, явно желая стать прозрачным
Глава 7
– Сейчас спою, – пообещала, со зверской улыбкой глянув на взбледнувшего Славика.
Караоке я люблю нежно, но безответно. Голоса мне господь отсыпал с лихвой. Красивое, почти оперное контральто мое может скопытить звуковой волной всех посетителей этого бара. Но вот слух… Складывается ощущение, что медведь мне не просто наступил на ухо, а оседлал и проскакал на мне километров двести, чтобы точно удостовериться, что я ни в одну ноту никогда в жизни не попаду.
– Юль, может, не надо? Сегодня пришлых полно, а они какие-то агрессивные, – попытался воззвать к голосу разума бармен.
Но я была неудержима. Пока взбиралась на небольшую импровизированную сцену в центре заведения, Славик, нервно озираясь, прятал стаканы и бутылки с дорогим алкоголем, понимая, что надвигается буря. Зато я находилась в блаженном предвкушении, потому что когда выпью, мне любое море по колено.
– Патамушта нельзяа-а-а, патамушта нельзяа-а-а, патамушта нельзя быть на свете красивой такой!.
– Уберите эту толстуху со сцены! – заорал длинноволосый парень, которого я до этого ни разу в жизни не видела. – Я думал, это рок-бар, а не тошниловка районная.
– Слушай, мужик, пусть Юлька споет. Ну мы же не звери, отдыхать пришли. А девчонка нормальная, сейчас минут десять – и спать учапает, – попытался воззвать к голосу разума Червь, но был послан в пеший эротический тур, чего стерпеть не смог.
