– Или это только моему племяннику несказанно повезло?
Воспитывать собак Оля особо не умела, но интуитивно знала, что Тырю сейчас хвалить никак нельзя.
– Да ладно, тёть Оль, я понимаю. Лучше девочку нашу похвали!
– За то, что она напала?
– Она защищала! И между прочим, через подпространство шагнула!
– И как, по-твоему, я разделю одно с другим? Она же не человек."
"– Она лучше! – буркнул Пашка, сдаваясь. – Но все равно здорово! А за прыжки не беспокойтесь, – миролюбиво обратился он к лавэ. – Свап научил ее, как лапы трансформировать. Она не поранится. Разве что Наф-Нуфикам иголки переломает, так они не в обиде. Тёть Оля их почешет, и они хоть сто раз новые иголки нарастят.
– Как трансформировать? – изумился лавэ. Оле его опять стало жалко – скоро у мужика шаблонов не останется.
– Так Свап трансформировался.
– Свап показал тебе боевую форму? – осторожно уточнил Раим.
– Ну да. А нельзя было? – испугался Пашка. И тут же забыл об опаске, чего уж теперь. – Тёть Оль, ты бы видела! Весь бронзовый! Страшенный – жуть! – И принялся размахивать руками: – Бивень – во! Лапы – во! Иглы в шипы собрались, как у дракона.
Свап горделиво хрюкнул.
– И что, господин Шенол, наша девочка тоже такая будет? Страшенная?
– Никогда не слышал про боевую форму у самочек, – задумчиво ответил Раим, потирая костяшки пальцев, которым пусть разок, но досталось. Потом присел на корточки перед нгурулой, которую вожак придерживал зажатой между передних лап, смахивающих на бревнышки малого диаметра.
– Ну покажи, крошка, чему тебя Свап научил?
Щена явно собралась повредничать. Выдала свое коронное «тыр-тыр-тыр» и отвернулась.
– Тыря! А ну, прекрати! – потребовал Пашка. – Лапу хоп. Копыто!
Оля тоже подошла. Посмотреть, похвалить и морально поддержать свою семью. На лапе щены вместо подушечек красовалось монолитное уплотнение. Ну, не копыто, конечно. Так, платформа на любимых сабо.
Глава 22
Разбор полета фанеры над Нрекдолом
Впечатленный до разжижения в костях Раим не спешил подниматься с корточек. Надо же! Частичная трансформация! Он о таком только читал в манускриптах. Никто из ныне живущих даже не слышал!
Пашка с видом гордого старшего брата стоял рядом и нахваливал Тырю на все лады. Мысленно. И умница она, и красавица, и собаконька шипастенькая меднопопенькая. Тырьке эта ласковая пурга нравилась, и Пашка нес ее с упоением, а заодно радовался, что вслух говорить необязательно – щена слышит, а остальным не надо. Потому что пацаны такое вслух не говорят.
А Оля извинялась. Она заранее извинялась перед Свапом за то, что намерена закатить скандал его наезднику.
Раим совсем замучил бедную Тырю попытками сподвигнуть ее еще раз показать процесс трансформации, только медленно.
– Туречка, пожалуйста, ме-едле-ен-но.