В чудном департаменте параллелей, где время и пространство играют со своими законами, случайно оказывается Плюсик. Его непредвиденное осложнение при транспортировке через разрыв пространства шокирует даже самых опытных целителей. Вербовщик с уверенностью предполагает, что целители обязательно исправят это недоразумение — пока они пытаются решить загадку жизни этого необычного новичка в карме....
Проходите, составьте нам компанию.
– Ольга Вадуд. – Подсознательно Оля не стала называть свою должность, ведь незнакомец не счел нужным обозначить статус, хотя было в этом что-то неправильное. Этот тип настораживал на уровне инстинкта самосохранения. Попытка привычно обратиться к интуиции отозвалась болью в виске и почему-то в переносице. Логика подсказывала, что если есть защита от ментала, то почему бы не быть защиты от чужой интуиции? Тоже ведь инструмент для анализа.
– Проходите, госпожа Вадуд, и расскажите мне, что вас привело, пока мы ждем нашего друга.
– Ничего срочного, господин Эрэл Йорим. Мне неловко мешать встрече господина Шенола с другом. – Ольга попыталась сделать шаг назад, в спасительный коридор, подальше от этого черного и его давящей ауры. Ну и дружки у Раима, бр-р.
– Не убегайте, Ольга, проходите. – В кабинете наконец появился хозяин.
Раим был зол. Шельмы пустоты никак не хотят оставить его в покое! Эрэл Йорим, значит. Эрэл и Элэр – это негласные прозвища правящих братьев, Эрика и Эльзиса, которыми пользовались в высшем свете для краткости, а Йорим – один из правящих домов, к которому принадлежала их мать.
Глава 29
Начали за здравие...
Этот сарай – личные апартаменты главы Восточного корпуса? Серьезно?!
Ольга замерла в проеме, по-прежнему прижимая к себе заветную кошелку.
Надо же умудриться несколькими предметами, на вид весьма дорогими, так захламить довольно большую комнату. До тесноты. Обеденная группа на четверых стояла едва ли не на проходе!
Инстинкты мебельщика, любящего свою работу, выли и стенали.
Если бы на столе не красовался огромный поднос с мясной нарезкой, она бы перед черным наездником опозорилась навсегда.
– Я все-таки помешала, – вздохнула Ольга, думая о том, что зря так страшилась разбудить лавэ и даже речь оправдательную готовила. В глубине души она знала – выбора все равно нет. Другого времени для ее затеи судьба могла и не дать.
