В чудном департаменте параллелей, где время и пространство играют со своими законами, случайно оказывается Плюсик. Его непредвиденное осложнение при транспортировке через разрыв пространства шокирует даже самых опытных целителей. Вербовщик с уверенностью предполагает, что целители обязательно исправят это недоразумение — пока они пытаются решить загадку жизни этого необычного новичка в карме....
И частичная трансформация лап, которая позволяла Тыре (вот идиотское имечко) прыгать на спину ближайшему нгурулу, чтобы перехватить летающую тарелку, тоже удивительна.
Эрику хотелось рвать и метать.
А еще лучше – свернуть одну тонкую и немолодую шейку! Все из-за нее! За что пустота над ним издевается? Да его сейчас просто раздерет от противоречивых чувств! Такого возбуждения даже смертельные поединки подарить не способны! Если на секундочку, одну маленькую невинную секундочку допустить, что маги Нрекдола не все знают о своих творениях или что-то из знаний было утрачено за мнимой ненужностью, а иномиряне нащупали.
А нужны ли им эти возможности?
Дурная землянка спровоцировала перевоплощение нгурулы в не разбери-пойми что! Кого может запугать это существо? Кого, я вас спрашиваю? Нгурул – суть оружие! А это? Одно утешение – самочка. Но сам факт! Обдумать, осмыслить, проследить этапы влияния этих шельмовых иномирян на нгурулу.
Пожалуй, Эрик не отказался бы сейчас вновь приложиться к тому контрабандному горячительному – его просто раздирало от обилия впечатлений. Друг Раим наглухо закрылся, подняв все щиты, но недаром они столько лет дружат – Эрик ясно видел, что Раим доволен происходящим. Доволен тем, что Ольга уверенно взяла на себя практическое руководство. Эрик и сам понимал, что распоряжалась управляющая вполне толково, хоть и не в меру самоуверенно.
Но нгурула!
Это рыжее безобразие Раиму тоже нравилось. Ни за что и никогда Эрик не признался бы себе, но какая-то часть его души откликалась на фонтанирующую жизнерадостность щены. Взрослые нгурулы так не радуются даже на вольном выпасе в предгорьях. Пожалуй, впервые Эрик задумался, что жизнь нгурула, ухоженная и стабильная, не так уж сладка. Задумался и тут же отмахнулся – по этой логике его драгоценный Пран несчастлив.
Оля понимала, что на архитектурные красо́ты рассчитывать глупо, и даже ожидала что-то вроде деревеньки из русской глубинки, которая так и не одолела пережить клятые девяностые.
