Автор
Ночь в доме Сергея становится спокойной и непредсказуемой одновременно. В то время как я устремляюсь к заветному сну после долгого рабочего дня, Сергей сразу ложится на кровать и проваливается в мир ночных кошмаров. Чувства долга и любви к мужу не спасают меня от раздражения и гнева, когда я осознаю, что он так глубоко ушел в свои мрачные мысли....
Похоже, «Плохая привычка (СИ)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он будто мысленно абстрагировался от всего, что я ему только что наговорила.
— Я люблю тебя, — сказал вдруг Серёжа. И в этот момент мне показалось, что я долго-долго крутилась на карусели и меня резко выкинуло с неё. — Люблю и уважаю, как мать своего сына; как человека, с которым прошёл многое; возможно, люблю как друга. Но я больше не люблю тебя, как женщину. Прости, Наташа, я должен был сразу тебе это сказать, но… Я запутался и пустил всё на самотёк, шёл по течению, потому что так было удобно.
— Как долго? — ответила я еле живая.
Желание убежать отсюда и отмыться буквально затапливало мой разум.
— Года два, три… Я не помню…"
"— То есть ты уже года два-три трахаешь кого-то на стороне?
— Нет. Я всегда был тебе верен, Наташ.
— Ну, да! Конечно! А с этой? — из моей груди вылетел издевательский смешок. — Хочешь сказать, что с ней у тебя тоже ничего не было, и она просто так к нам домой притащилась?
— До её прихода ничего не было.
— Тебе нимбом макушку не напекает, нет? Думаешь, я поверю в бред, что девчонка в мой дом просто так пришла, сидела за моим столом, пила мой чай и врала, глядя мне в глаза, но при этом между вами ничего не было? Ты в курсе, что от тебя её духами несло в ночь перед её приходом?
— Наташ…
— Было?
— Мы целовались, — глухо произнес Серёжа, стараясь не смотреть мне в глаза.
— Мерзость, — мне снова захотелось пройтись по своим губам наждачкой. — И это ты называешь верностью? Мразь…
Именно в этот момент я поняла, что у меня ничего не осталось к этому к человеку. Абсолютная пустота и желание, чтобы он исчез из моей жизни.
Я рванула в свою комнату, взяла из тумбочки бумаги на развод и ручку. Вернулась в гостиную и размашисто, чтобы он видел, поставила свою подпись в нужном месте.
— Вот, — я буквально впечатала ему в грудь эти бумаги, ставшие теперь помятыми, и начала просто выталкивать Серёжу из квартиры.
— В трусах? — пропищал он там что-то жалобно.
— Сделай хоть напоследок мне приятно.
Пусть скажет «спасибо», что я не настолько сильная, чтобы его тушу с лестницы или из окна выкинуть. Зато я в силах вышвырнуть его в подъезд, что я и сделала с большим удовольствием.
