Автор
Попадаешь в запутанную сеть безвыходности, где каменные стены окружают тебя непробиваемым зеркалом реальности. Настолько холодное терпение и убийственное бессилие превращаются в призрачный риторический танец смерти. Вокруг настырного безумия, пытаясь вырваться из стражи страха, которое острое как лезвие и бесшумно скользит по коже, но не причиняет боли — лишь глубже вводит тебя в тьму.
Похоже, «Плохие девочки не плачут. Книга 3» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я давал повод усомниться? — изумленно изогнутая бровь, искры веселья в темных глазах.
Дурацкие отмазки не помогают. Соблазнительница из меня хреновая. Остается делать то, что умею лучше всего, — нести полнейшую чушь.
— Трудно сказать, иногда озадачиваешь сюрпризами, чего уж греха таить, — расплываюсь в сладкой улыбке, продолжаю отступать, и выдаю гениальную фразу: — Понимаешь, успешные отношения нельзя построить, не разбив пары яиц.
Не самое лучшее сравнение. Скажем честно, идиотское сравнение, особенно для человека с филологическим образованием.
— Эм, то есть омлет не приготовить… в общем, тут как с омлетом, — лихорадочно пытаюсь исправиться, но виртуозно делаю ситуацию хуже. — Надо разбивать периодически яйца, и это сейчас не пропаганда насилия. Нет, не подумай, ничего не нужно… бить. Чисто фигуральное выражение."
"Продолжаю пятиться назад, затыкаюсь, но благоразумие отпускает быстро.
— Ладно, твоя жена практически не подпортила праздник, даже изнасилование под возбудителями не критично. Если привыкнуть, то в зад почти не больно. Подумаешь, недельку пострадать, потом как новенькая, считай, девственность возвращается обратно и снова на амбразуру, хм, но сейчас…
— Сейчас? — уточняет фон Вейганд, подступая ближе.
— Перегибаешь палку, есть такое замечательное русское выражение… бл*ть! — последнее восклицаю совершенно непроизвольно.
А что еще можно воскликнуть в полумраке сырого подвала, наткнувшись спиной на неведомую хрень? Приняв к сведению факт наличия богатой коллекции пыточных агрегатов и гипотетическую вероятность познакомиться поближе с одним из местных арестантов, которого нерадивые слуги забыли прибрать. По умолчанию не ожидаешь ничего хорошего, а нервы на пределе.
— Тише, — фон Вейганд привлекает меня к себе, успокаивающе обводит плечи горячими ладонями, мягко целует в макушку. — Не надо беспокоиться.
Наоборот, самое время бить тревогу. Обманчиво нежный голос, трепетные прикосновения, будто сладкий пряник. С этого начинает каждый уважающий себя маньяк, прежде чем пустить в дело ножи с кнутами.
— Ты выбрала именно то, что я хотел, — он с шумом вдыхает аромат моих волос.
Ритм сердца утопает в шальном водовороте эмоций, судорожно пытаюсь вырваться из жестоких объятий. Но разве есть шанс?
— Смотри, — фон Вейганд разворачивает меня лицом к опасности, заставляет нырнуть в бездну.
Его язык дарит изысканную ласку накануне жестокой расправы, скользит по шее, ниже и ниже, желая отведать на вкус обезумевший пульс.
