Говорят, чтобы сбросить напряжение и не волноваться, оказавшись перед сотней людей, надо представить окружающих голыми. Типа расслабляет. Хм, сомнительная затея. Не уверена, что желаю увидеть всех гостей в костюмах Адама и Евы. Психика и без того дает регулярные сбои — бессонница, слабость, тошнота по утрам. Лучше по старинке напеть оптимистичную мелодию.
«Як умру, то поховайте мене на могилі, серед степу широкого на Вкраїні милій, щоб лани широкополі, і Дніпро, і кручі було видно, було чути, як реве ревучий*», — затянул во всю мощь националист внутри.
*Как умру, похороните на Украйне милой, посреди широкой степи выройте могилу, чтоб лежать мне на кургане, над рекой могучей, чтобы слышать, как бушует старый Днепр под кручей («Заве́т»/«Завещание» (укр. Заповіт) стихотворение Т.Г.Шевченко, у которого существует более 60 музыкальных интерпретаций)
Не, ваще не слабит, ни капли прямо.
— Moscow calling, (Москва вызывает) — пробормотала память.
Чего?
— Moscow calling: Operator don't tease me. (Москва вызывает: оператор, не дразните меня)"
"Moscow calling: Operator what's going on?* (Москва вызывает, оператор, что происходит?) — последовал эмоциональный припев, действительно оптимистичный и расслабляющий.
* композиция Moscow Calling, исполнитель Gorky Park
В общем, под такие не слишком патриотические, но зажигательные ритмы советской и американской эстрады, я поднималась на эшафот. Хм, точнее на второй этаж. Еще точнее — в распростертые объятия Кристофера Дитца, который определенно будет рад нашей встрече. То ли от волнения в моей голове окончательно перемкнуло, то ли песня перезарядила аккумулятор. Очевидное и невероятное: бросаюсь на амбразуру. Голову выше, плечи назад, грудь вперед. Последние ступеньки позади, идем на сближение, остался ничтожный рывок и…
— It is such a pleasure to see you here, my dear baron Wallenberg (Видеть вас здесь истинное удовольствие, мой дорогой барон Валленберг).
Смотрю на великого и ужасного, практически не сомневаюсь, что это действительно он, и первая мысль не отличается поэтичностью. Более того, в приличных книгах ее постыдятся написать. А раз я еще не окончательно позабыла про стыд и совесть, то смело перейду ко второй.
Стандартный клиент брачного агентства: заметное брюшко, седина и морщины, возраст 60+, а в глазах горит потребность любить. Кого любить? Предпочтительно моделей, чтоб обязательно приходили к нему на каблуках и в одном белье, а еще лучше без белья, просто в чулках. Впрочем, данный экземпляр одет несомненно лучше среднестатистического иностранца в летах, и уж точно не жалуется на недостаток финансов. Цветет и пахнет в белом костюме с замысловатой вышивкой. Излучает благородство и превосходство, но все равно это разочарование.
Окончательное и бесповоротное разочарование, господа присяжные заседатели.