Автор
Плохие намерения — это душевный штрих, где каждая страница как бы приоткрывает новый слой тайн и страшных секретов. В книге плетется нить загадок, полыхают яркие мгновения пылесосившейся борьбы между добра и зла. Ощущение проникновенного фэнтези сочетается с глубиной психологического обволакивания — все это в кулаке одной увлекательной истории....
— Это все твоя вина, не смей успокаивать меня, когда ты это сделал, — прорычала я, пытаясь вырваться из его рук. Мне удалось это только тогда, когда он ослабил хватку. Я отшатнулась и влепила ему пощечину. Звук разнесся по маленькой комнате. — Мне не нужна твоя поддержка, ты, чертов безумец. Сначала причиняешь боль, а потом осушаешь мои слезы? Что ты за извращенный псих?
— Такой же, как ты, видимо. Та, кто пыталась разрушить мое будущее, а затем дала мне силы, необходимые для победы в игре, и все это в течении пары дней.
— Нет, я не такая, как ты, — процедила я и изо всех сил толкнула его в грудь. Его руки все еще сжимали мои бедра, как клещи, и я не могла их сдвинуть. — Я никогда не буду такой, как ты, — я не стану сначала стрелять, а потом задавать вопросы. Я никогда не буду просто вычеркивать людей из своей жизни и отказываться их слушать. — Я снова расплакалась и сильно толкнула Кейдена. Когда он не сдвинулся с места ни на дюйм, я решила обрушить свой гнев на его огромную мускулистую грудь.
Кейден крепко держал меня, не обращая внимания на удары.
— Я чудовище, настоящий кошмар, я знаю… расскажи мне, какой я ужасный, если тебе от этого станет лучше.
— Нет, не станет. Ты не заставляешь меня чувствовать себя лучше. Я ненавижу тебя, — выплюнула я. Мои слезы казались бездонным колодцем, но борьба с Кейденом, попытки вырваться от него истощали меня.
— Я знаю, Жучок.
Я нанесла особенно сильный удар и ахнула, когда рука запульсировала от боли. Тогда он притянул меня ближе и толкнул нас к стене. Кейден зажал мои руки между нами, а его твердое тело прижалось к моему. Он напряженно смотрел на меня сверху вниз с теми же эмоциями, что и в раздевалке неделю назад, когда обвинил меня в том, что я разбила ему сердце.
— Если тебя это как-то утешит, то я тоже ненавижу себя. — Он обхватил ладонями мои щеки.
Моя кожа горела там, где он прикасался ко мне.
— Если это поможет, знай, что никто, включая тебя, никогда не возненавидит меня сильнее, чем я сам себя ненавижу. — Он провел большим пальцем у меня под глазом и стер жгучую соль. — Тебе легче?
Моя голова затряслась прежде, чем я смогла остановить себя.
— Нет. Это слишком грустно.
Мой шепот был еле слышен, но он уловил его.
Кейден наклонился, его горячее дыхание обдувало мою влажную кожу.
