Автор
Плохие намерения — это душевный штрих, где каждая страница как бы приоткрывает новый слой тайн и страшных секретов. В книге плетется нить загадок, полыхают яркие мгновения пылесосившейся борьбы между добра и зла. Ощущение проникновенного фэнтези сочетается с глубиной психологического обволакивания — все это в кулаке одной увлекательной истории....
Я никогда не чувствовал под своими пальцами что-то настолько мягкое. Ее аромат заполнил мой нос.
Блядь. Как же хорошо.
Все мое тело напряглось, когда ее запах ударил мне в голову, вызвав головокружение. Эта комната не была похожа ни на что, что я когда-либо видел, за исключением фильмов. Чистая, не прокуренная, здесь было тепло и уютно; так безупречно, что у меня защемило сердце. Каково было расти в такой безопасности? В такой любви? Мне это было неизвестно.
Я сунул руку под подушку и наклонился ближе. Кожа ее шеи пахла так приятно, что я почувствовал желание попробовать ее на вкус.
И тогда мои пальцы наткнулись на твердый предмет. Волнение сковало мою спину, когда я потянулся за ним и медленно вытащил.
Дневник.
Джекпот.
Час спустя я вернулся в свою комнату. Я не мог пошевелиться, пока читал дневник. Мне следовало бы просто украсть его, но содержимое приковало меня к месту. В конце концов, не каждый день становишься звездой шоу в голове той, кто тебя ненавидит.
Я закрыл дверь, жалея, что на ней нет замка, и лег на кровать.
Золотой мальчик, ты заплатишь за прошлую ночь. После всего, что я для тебя сделал, ты не сможешь так просто от меня избавиться. Скоро увидимся.
Гребаный Джек. Я должен был убить его, когда он набросился на меня с ножом, но я пообещал себе, что не стану убивать — только не снова. Двух смертей вполне достаточно, чтобы отяготить душу любого человека.
Вместо этого я дал отпор, избил его и убрался оттуда к чертям собачьим, после чего позвонил тренеру Уильямсу.
Я закрыл сообщение, зашел в фотогалерею и уставился на страницы дневника, которые только что прочитал. Твою ж мать. Ничто не могло подготовить меня к последствиям изучения дневника Лили. Абсолютно ничто. Если раньше во мне расцветал какой-то извращенный интерес к новой приемной сестре, то теперь он грозил перерасти в нечто совершенно иное.
Одержимость, чистая и незамысловатая.
Я пролистал фотографии ее исписанных страниц. Другой рукой расстегнул джинсы. Я был чертовски возбужден с той секунды, как вошел в ее приятно пахнущую комнату, и не мог больше терпеть. Я стянул джинсы и боксеры вниз по бедрам и обхватил ладонью член. Я мог слышать голос Лили, читающий ее слова в моей голове.
Он снился мне прошлой ночью. Я знаю, что это был он.
