Героиня возвращается в Москву и поселяется в престижном коттеджном поселке. Её спокойную жизнь нарушает конфликт с высокомерным соседом из богатой семьи, убежденным в своей исключительности. Противостояние с испорченным мажором превращает безмятежное существование в череду драматических...
Раздел Chitat.online для книги «Плохое воспитание» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Героиня возвращается в Москву и поселяется в престижном коттеджном поселке. Её спокойную жизнь нарушает конфликт с высокомерным соседом из богатой семьи, убежденным в своей исключительности. Противостояние с испорченным мажором превращает безмятежное существование в череду драматических...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Героиня возвращается в Москву и поселяется в престижном коттеджном поселке. Её спокойную жизнь нарушает конфликт с высокомерным соседом из богатой семьи, убежденным в своей исключительности. Противостояние с испорченным мажором превращает безмятежное существование в череду драматических...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Запрокинув голову, Ассоль сжала груди, принимаясь постанывать в такт моим движениям.
– Я люблю тебя… – прохрипел, утыкаясь головой в её шею. – Я так сильно тебя люблю… – еще крепче схватил за бедра.
Вместо ответа, Соля, обхватила мою талию ногами, засовывая свой мизинец мне в рот. Стиснул зубы, ощущая, как пот скатывался по спине.
– Я… я… – её голос сорвался, глаза потемнели от удовольствия. – Я хочу кончить вместе с тобой… – пробормотала, тяжело дыша."
"Коротко кивнув, ускорился, кайфуя от звука наших бедер, ударявшихся друг о друга. Ассоль уже не могла спокойно сидеть на заднице: она всхлипывала и извивалась, вырисовывая влажным мизинцем узоры на моем подбородке.
Мы оба вздрогнули, потому что кто-то постучал в дверь.
– Боже… – наслаждение на ее лице сменилось паникой.
– Занято! – проорал, двигаясь в ней еще грубее.
– Гвидо-о-о-н… – в глазах любимой, наконец, появилось какое-то новое абсолютно душераздирающее выражение.
Меня всего затрясло.
– Котенок, не волнуйся, мы никого не пустим! – наши бедра продолжали биться и биться.
Наклонившись, я взял её лицо в ладони и глубоко поцеловал. От каждого движения внутри узкого влажного лона из ушей пар валил. Она – восхитительный нежный цветочек, банка с соленой карамелью, моя самая огромная любовь…
– Гвидон, я тебя…
– ОТКРОЙТЕ, ЧЕМ ВЫ ТАМ ЗАНИМАЕТЕСЬ?! – донеслось снаружи, и мы одновременно прыснули от смеха.
– Готова? – прошептал в миллиметре от её рта.
– Да! – сделал резкий грубый толчок, оттянув нижнюю губку зубами, и мы одновременно взвыли от удовольствия.
– Ты моя! И не вздумай никому улыбаться… – красивое лицо исказили сладостные муки оргазма в то время как мой член продолжал изливаться у неё внутри.
Возрадовался, что Соля уже неделю принимает противозачаточные таблетки.
POV. АссольВесь вечер я собирала сумки и чемоданы, чтобы после разговора с мамой перенести свое добро в дом Царева. После нашего безумного секса в женском туалете кафе по венам до сих пор циркулировал адреналин. Сперва Гвидон довел меня до ручки из-за своей необоснованной ревности, но уже спустя несколько минут компенсировал это мощнейшим оргазмом.
Сегодня вечером я, наконец, решила признаться ему в любви. Да, я во всех красках расскажу ему в своих чувствах, ведь о них не только хотелось говорить – о них кричать хотелось!
Вздрогнула, услышав в гостиной шум и приглушенные шаги. Ура, наконец, мама вернулась из Питера! Не обнаружив тапочки, я понеслась встречать её босиком.
– Приве-е-е-т! Я так по тебе соскучилась!
– Здравствуй, дорогая! – стройная светловолосая женщина замерла в дверях, взволнованно размахивая телефоном.
– Что-то случилось?! – сократила небольшое расстояние, настороженно заглядывая ей в глаза.
– Да, дочка. Это настоящий позор.
