Из-под захмельенного лица парня вырывается страстное поцелуе, а яркий свет уличных фонарей играет на перепачканных краской полуночном городке. Воздух наполнен смехом и радостным шумом подвыпивших гостей, но мне сложно отвлечься — мое тело противится холодному натянувшемуся платью, словно зовет на новые приключения в темноте....
— Ты о чём? Если я больше сегодня ни разу не встречусь с тобой на этой вечеринке, то мне просто больше нечего бояться.
— Тут народ разный бывает. Ты поняла?
— И что?
— А у тебя очень короткое платье.
Ещё один. Захотелось закатить глаза. И чего они все мне нотации читать взялись?
Туманов хоть как бы мой парень, хоть и только в наших бурных фантазиях, а этот даже не друг мне ни в какой из параллельных реальностей. Ему-то что?
— И что? — повторила я с нажимом.
— И то, — ответил он тем же тоном, не обрывая зрительный контакт.
— А тебе какое дело? — вскинулась я. — Может, я себе хочу тут нового парня присмотреть? Может, мне Туманов надоел? Кто мне вправе это запретить.
— Ну мне-то плевать, на самом деле, — провёл пятернёй по волосам Назар, слегка взлохматив свой чуб, в который мне немедленно тоже захотелось запустить свои пальцы, чтобы почувствовать, какие волосы на ощупь у него, и увидеть, как сужаются его прекрасные карие глаза от удовольствия.
У меня дёрнулся мускул на лице, когда я поняла, что в самом деле наговорила.
"Я же не такая совершенно. Но сейчас сама себя выставила этой самой…нимфой — прекрасно поняла, какое на самом деле слово имел в виду Назар. Но до таких оскорблений прямых мы пока ещё не дошли. Но и этого достаточно. Хотя на что мне обижаться? Он лишь сделал логичные выводы из моих слов.
— А не твоё дело, — ответила я, без смущения глядя на него.
Играть роль сильной и независимой — так играть.
Не всё ли равно, что он думает обо мне, если ему изначально плевать на меня? Одной мыслью меньше, одной больше…
— Да фиолетово вообще, — склонился он ниже.
— А когда нам делают больно, мы сами черствеем душой, — сказала я.
