Я старалась не заострять внимание на том, что Тайлер прижимается ко мне, но было сложно игнорировать его полный страсти взгляд.
Он медленно опустил ладони мне на бедра, и я поняла, что пора уходить. Убрала его руки, пресекая всякие подкаты, и быстро придумала предлог, чтобы слинять от этого кобеля. Извините за мой французский.
– Пойду подышу свежим воздухом. – И пока Тайлер не успел ответить, отстранилась, создавая между нами пространство, которое тут же заполнили танцующие люди.
Увидев белую мраморную лестницу, я кое-как протолклась к ней и поднялась на второй этаж. Обойдя несколько коридоров с обжимающимися парочками и закрытыми комнатами, я натолкнулась на балкон.
Стеклянные двери уже были открыты, и я не колеблясь направилась навстречу вечерней теплоте. Подойдя к перилам, я взглянула вниз на каменный забор, украшенный белыми розами. А когда, решив вернуться в дом, развернулась, то в кого-то врезалась – и сильно.
– Извините, – на автомате пробормотала я, но затем увидела, кто этот человек, и мое сердце ухнуло вниз.
– Похоже, врезаться в меня уже вошло у тебя в привычку, Хлои, – гаденько ухмыльнулся Андре и, как король, подошел ко мне.
– Что ты здесь делаешь, Андре? – раздраженно спросила я.
– Развлекаюсь на вечеринке Тайлера, – ответил он так, словно это был наиглупейший вопрос.
– Откуда ты вообще его знаешь?
– Он мой знакомый, – просто ответил парень.
– Хлои, ты всегда уходишь так быстро. Брось, давай немного повеселимся, – хрипло прошептал он мне на ухо.
У меня внутри все перевернулось от страха, но показывать этого я не собиралась.
– С тобой? – съязвила я. – Ха, да лучше умереть.
Громкая музыка вдруг словно стихла, хотя на самом деле это было не так. Она просто отошла на задний план, когда я заметила, как в лунном свете блеснуло лезвие. Андре достал карманный ножик.
– Это можно устроить, – усмехнулся парень.
– Ты милая, когда боишься, Хлои.
– Ты болен, – с презрением произнесла я.
На его губах заиграла нездоровая ухмылка.
– Любовью? Да что ты знаешь о любви, Андре? – начала провоцировать я.
Ладно, не стоило этого делать.
В следующее мгновение Андре прижал меня к стене и приставил к горлу холодное лезвие. Ему оставалось лишь слегка надавить, чтобы вспороть мне кожу.
– Что я знаю о любви? – Его глаза потемнели от ярости. Следовало дважды подумать, прежде чем дерзить парню с серьезными проблемами по управлению гневом. – Достаточно, чтобы понять, как она ранит.
От Андре разило алкоголем и злобой. Прекрасно.