– Врачи любят давать ложные надежды, но я-то все понимаю.
– Андре, мне так жаль… – искренне произнесла я, понимая, что, скорее всего, он даже никогда не узнает, сколько тревоги стоит за этими словами.
– Забей. Merde [Дерьмо] случается. Это жизнь, – пожав плечами, с легкой улыбкой ответил он.
Подул прохладный ветерок, и я плотнее запахнула куртку. Люди расходились по домам, улицы пустели. Было уже поздно – не стоило больше задерживаться.
Я спрятала жалость за натянутой улыбкой.
– Слушай, Андре, было здорово снова тебя увидеть. – Странно было это произносить. Не думала, что скажу такое после всего, что случилось в прошлую пятницу. – Сочувствую твоему несчастью, но мне пора.
– Bonne nuit [Доброй ночи], Хлои. Может, как-нибудь выпьем по чашечке кофе и обсудим, как сложились наши жизни?
Его слова вызвали у меня дежавю.
Мое сердце пропустило удар, когда я поняла, насколько знакомо это звучало.
Вообще-то… Я была почти уверена, что произнесла ровно то же самое при нашей первой встречи спустя два года.
– Конечно, – вернувшись к реальности, соврала Андре прямо в лицо.
Он лучезарно улыбнулся, и его темные глаза заблестели от счастья.
– Отлично, тогда до встречи.
– Au revoir [Прощай/до свидания], Андре. – Я зашагала по заметно опустевшей улице, но затем резко развернулась и снова посмотрела на француза. – Когда, говоришь, ты очнулся в больнице?
В его глазах вспыхнуло любопытство.
– А избили тебя за день до этого… во вторник, так?
– Ничего. Просто спрашиваю. Прощай, Андре.
И на этом ушла, не дав ему больше сказать ни слова.
Вечеринка Тайлера была в пятницу.
Андре потерял память не из-за Риса.
Его избил кто-то другой.
После бесчисленных попыток подобрать нужный ключ – потому что единственным источником света служил тусклый уличный фонарь – я наконец-то нашла его и открыла дверь. Вошла в дом, разулась и, устало вздохнув, направилась наверх в гостевую комнату.
Но меня тут же схватили за руку и прижали к стене.
В голове резануло от легкого удара о гипсокартон, и я, поморщившись, уставилась в темно-зеленые глаза перед собой.
– Какого черта, Рис?
Он вперился в меня сердитым взглядом, его каштановые волосы упали на лоб.
Я моргнула, переваривая услышанное.
– П-прости! – заикнувшись, выдавила я. От его близости мне было сложно говорить, уж слишком четко я ощущала, как он прижимает меня к стене своим сильным и мускулистым телом…
На моих щеках вспыхнул румянец.
Попустив колкость мимо ушей, я вздохнула и пристыженно заглянула Рису в глаза.