Я медленно, чтобы ничего не запачкать, подошла к двери и открыла ее, ожидая увидеть Валентино. Но вместо этого наткнулась на взгляд темно-зеленых глаз – таких же притягательных, как у Риса.
Я моргнула, на мгновение впав в ступор при виде мужчины. Высокий, смуглый и солидный. Лет сорока пяти и в дорогущем костюме.
Я практически сразу поняла, кто это.
Полностью вымазанная в грязи, я смотрела в глаза отцу Риса.
Да уж, стоит ли говорить о первом впечатлении?
– З-здравствуйте, – с заминкой пробормотала я, ощущая себя полной идиоткой. Мои щеки вспыхнули, но под толстым слоем грязи мистер Картер навряд ли это заметил.
Сказать, что он был удивлен – значит ничего не сказать.
Мужчина взглянул на желтый стикер в своих руках.
– Здравствуйте, я попал по тому адресу? – спросил он, показывая мне листик с надписью «Скарлетт-авеню, 17».
– Да, все верно. Я просто… э-э... – От воспоминания недавней ссоры Авроры и Риса у меня пропал дар речи, но, глубоко вдохнув, я все же взяла себя в руки. – Вообще-то, я соседка Авроры. Временно живу здесь, пока мои родители в отъезде.
– Ясно. Что ж, надеюсь, тебя не заставили спать на заднем дворе вместе с Беллой, – подметил он, указывая на мой неопрятный вид.
Я хихикнула в ответ.
– Ах, это, – сказала, осматривая себя, – я просто работала в саду.
Мистер Картер удивленно вскинул бровь.
– Да. Очень усердно.
Я так резко затрясла головой, что у меня аж хрустнула шея.
Как Уиллоу Смит удалось столько крутить головой в клипе и не повредить шею?
Отмахнувшись от этих мыслей, я вернулась к реальности. Посмотрела на Риса, и у меня сердце облилось кровью.
На его лице застыла такая боль. Мне стоило диких усилий, чтобы не подбежать и не обнять парня. Все-таки я по-прежнему была по уши в грязи, а он только что вышел из душа.
– Пойду… э-э… приведу себя в порядок… – неловко пробормотала я и побежала наверх, пряча взгляд от Риса, хоть и знала, что он смотрел не на меня, а на мужчину, который бросил его много лет назад.
– Что там с этой девушкой?
– Она поживет здесь, пока ее предки не вернутся.
Мой отец улыбнулся, и на его лице проступили морщинки.
– Ты знаешь, что я не об этом.
– Она особенная. И тебе не безразлична.
Я даже не стал отрицать.
Глядя на отца, я словно смотрелся в зеркало.
– Не знаю, – пробормотал я, отводя взгляд.
– Она сокровище, – подметил отец.
– Тут нечто большее.
Я провел рукой по волосам.
– Хлоя… она – все хорошее в этом мире.
С довольной улыбкой я долго смотрелась в зеркало в ванной.
