Тамара Крапивина — успешная женщина с собственным бизнесом и любящим сыном, но глубокая старая обида делает её невероятно одинокой. Решив отвлечься, она улетает в Париж к институтской подруге. Встреча в волшебном городе станет поворотной в её жизни и поможет исцелить раны прошлого.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Площадь Согласия. Книга 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Тамара Крапивина — успешная женщина с собственным бизнесом и любящим сыном, но глубокая старая обида делает её невероятно одинокой. Решив отвлечься, она улетает в Париж к институтской подруге. Встреча в волшебном городе станет поворотной в её жизни и поможет исцелить раны прошлого.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Тамара Крапивина — успешная женщина с собственным бизнесом и любящим сыном, но глубокая старая обида делает её невероятно одинокой. Решив отвлечься, она улетает в Париж к институтской подруге. Встреча в волшебном городе станет поворотной в её жизни и поможет исцелить раны прошлого.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Но за слова — спасибо: словно еще одно обезболивающее принял… Где бы еще хорошего травматолога найти? Заходил на днях в спортивный диспансер, но там мне никто не внушил доверия.
— У меня здесь папина двоюродная сестра живет — она врач, работает в областной больнице и даже заведует отделением, — припомнила Тамара, и вдруг ее осенило. — Слушай, а давай я попрошу ее устроить тебе консультацию у хорошего специалиста! И с лечением можно договориться.
— Было бы здорово. А тетя согласится?
— Если я попрошу, согласится! — уверенно ответила Тамара. — Они с папой как родные выросли. У тети Нины отец в войну погиб, вот мой дед и позвал их к себе жить. Мужа ее зовут дядя Женя, и он чуть ли не самый главный в УВД. А еще у них есть сын, но он учится в Москве, в военном училище, так что я для них здесь единственный близкий человек. В прошлом году, когда болела гриппом, они меня вообще из общежития домой забрали! Ну вот и все. — Тамара убрала руки и поинтересовалась: — Как себя чувствуете, больной?
— Удивительно, но неплохо. — Леша присел на кровати.
— Лучше бы тебе сегодня никуда не ходить, — посоветовала она.
— Надо. Неудобно перед ребятами, обещал, что приду… Да и тебя успел пригласить, вдруг в следующий раз откажешься?
— Тогда одевайся, — улыбнулась Тамара и, тактично повернувшись к Алексею спиной, подошла к окну.
— И все-таки, зачем ты сбежала от Пашки, и как тебе это удалось? — скрипнув дверцей шкафа, спросил он после долгой паузы. — Он же как банный лист: прилипнет — не отстанет.
Вместо ответа Тамара легонько вздохнула: признаваться в том, что из-за Лидки-проректорши неверно истолковала историю с короной, не хотелось. Да и Инночка заслуженно стала королевой турнира.
— Так все же почему? — повторил свой вопрос Алексей. — Он что, умудрился что-нибудь ляпнуть?
— С чего ты взял?
— Да есть у него! Воду лить на экзаменах умеет как никто другой: сто слов в минуту! Шутник, но иногда его прилично заносит. На самом деле добрее Пашки на нашем курсе никого нет. Полное соответствие собственной фамилии. Я готов, — услышала за спиной Тамара. — Пошли?
Обернувшись, она невольно замерла: в модных темно-коричневых штроксах с заклепками и в рубашке такого же цвета и качества, он был неотразим. Впрочем, он всегда был неотразим, в любом виде."
"— Пошли, — кивнула она, стряхнув короткое оцепенение. — Только я к себе в комнату зайду: хочу руки вымыть. Вообще-то по инструкции мазь надо было специальной лопаточкой наносить, но она куда-то запропастилась. У меня уже пальцы онемели, — перевернула она ладошки.
— Почему же ты промолчала? — спросил он в замешательстве. — Я бы что-нибудь придумал. Зайди у нас вымой!
— Нет, я лучше у себя. Встретимся внизу, — прихватив плащ, быстро прошла она к двери.
— Ну хорошо.
