Автор
Влюбленные смотрели друг на друга без устали, создавая отвратительную картину. Данфорд стучал ботинком по асфальту, надеясь, что это заставит их вернуться в реальный мир. Теперь они ждут помощь, пока их экипаж сломался на пути к свадебному приему.
Данфорд махнул рукой:
— Я весь внимание.
Леверетт взглянул на Белл и снова перевел взгляд на Данфорда."
"— Не лучше ли нам поговорить наедине, сэр? Поскольку дама не родственница….
— Ты не против?
— Конечно, нет, — заверила она его, улыбаясь. Улыбка эта говорила о том, что к концу их беседы у нее будет готова тысяча вопросов. — Я подожду.
Данфорд направился к двери в кабинет:
— Сюда, пожалуйста, мистер Леверетт.
Они вышли из комнаты, и Белл, к своей радости, увидела, что дверь осталась слегка приоткрытой.
Белл хлопнула в ладоши. Как чудесно! Данфорд, похоже, получил нежданное наследство. Оставалось надеяться, что это будет нечто стоящее. Одной из ее приятельниц повезло получить в наследство тридцать семь кошек.
Остальное невозможно было разобрать. Спустя несколько минут двое мужчин снова вернулись в комнату и пожали друг другу руки. Леверетт положил несколько листов в свой саквояж и произнес:
— Остальные документы вы получите очень скоро. Разумеется, нам понадобится ваша подпись.
— Разумеется.
Леверетт поклонился и вышел из комнаты.
— Итак? — требовательно спросила Белл. Данфорд растерянно улыбнулся, не до конца осознав то, что услышал.
— Адвокат сказал, что мне по наследству перешел титул барона.
— Титул барона! Теперь мне следует называть тебя лорд Данфорд? Он закрыл глаза.
— Разве я когда-нибудь называл тебя леди Блэквуд?
— Десять минут назад, — протараторила она бойко, — когда представлял меня мистеру Леверетту.
— Браво, Белл. — Он сел на диван, не подождав вопреки этикету, пока Белл сядет первой. — Полагаю, теперь меня следует называть лорд Стэннедж. — Лорд Стэннедж, — прошептала она, — как изысканно.
Данфорд фыркнул. Его редко называли по имени. По этому поводу у них была какая-то шутка, вспомнить которую она сейчас не могла.
— Я задавал матери этот вопрос. Если память не изменяет мне, она сказала: «Твое имя — Уильям», — отпарировал он.
— Кто умер? — бесцеремонно спросила Белл.
— В такте и изящных манерах тебе не откажешь, моя дорогая Арабелла.
