Автор
Влюбленные смотрели друг на друга без устали, создавая отвратительную картину. Данфорд стучал ботинком по асфальту, надеясь, что это заставит их вернуться в реальный мир. Теперь они ждут помощь, пока их экипаж сломался на пути к свадебному приему.
Он вздохнул, удивляясь, как изменилась его жизнь всего за каких-то сорок восемь часов, и все благодаря этой женщине. Точнее, благодаря ей, свинье и кролику.
Заверив Генри, что ничего страшного не произошло, Данфорд отправился к себе. Он собирался просмотреть документы, которые привез с собой из Лондона, и наконец просто отдохнуть. Несмотря на то что они заключили с Генри перемирие, ему не хотелось бы признаваться в том, что ей все же удалось несколько утомить его за день. Это, несомненно, уронило бы его в ее глазах.
А между тем Генри поспешила удалиться в свою комнату по той же самой причине."
"Уже поздно вечером Данфорду пришло в голову, что ему предстоит по крайней мере неделя, прежде чем он узнает, как распорядился Карлайл в своем завещании относительно Генри. Это было единственной причиной, по которой он хотел прочесть этот документ. Хотя Генри и была уверена в том, что Карлайл не оставил ей ничего, Данфорду было трудно в это поверить. По крайней мере он должен был назначить кого-нибудь опекуном Генри, ведь девушке было всего двадцать.
— О Господи, Рафус! — простонал он. Кролик запрыгнул на кровать и улегся на его книгу.
Он внимательно посмотрел на Данфорда, шевеля своим розовым носиком.
— Что тебе нужно, малыш?
Рафус пошевелил ухом и подполз ближе, словно требуя: «Погладь меня!»
Данфорд положил руку между его ушками и принялся гладить его. Помолчав, он глубоко вздохнул и произнес:
— Это не Лондон!
Затем, когда кролик опустил свою голову ему на грудь, Данфорд с удивлением отметил про себя, что совсем не жалеет об этом. Он не хотел бы сейчас оказаться в Лондоне. Он не хотел бы оказаться нигде, кроме Стэннедж-Парка.
