И тут из боков конструкта неожиданно выскакивают длинные, словно у паука, острые лапы, которые изгибаются и резким рывком входят в мою плоть, прошивая крепкую чешую. Прошедшая по телу волна боли хлещет в голову и я кричу от бешенства, вновь погружая когти в разодранную спину, но в тот же миг четыре торчащих из неё длинных острия вылетают наружу и оказываются усеянными закручивающимися лезвиями хлыстами, что подобно змеям вгрызаются в чёрные полотнища крыльев и с силой натягиваются. Пытаясь вновь вернуть контроль над полётом, я отчаянно сопротивляюсь этим ловчим сетям, с усилием дёргая и пытаясь расправить захваченные конечности. С грохочущим рычанием вытягиваю усеянную зубами пасть и смыкаю её на одном из гарпунных хлыстов, рывком вырывая его из чешуйчатой перепонки, но в следующее же мгновение мы со всего маху врезаемся в крепостную стену и с грохотом разламываем её вершину. На миг перед глазами всё путается и вертится, а затем мы, продолжая падение, обрушиваемся на деревенский дом посада, с треском сминая крышу и толстые древесные брёвна своими многотонными телами.
Балисса отшвыривает в сторону и он оставляет после себя борозду из вспаханной земли, снега и разрушенных домов. Собственно, также, как и я сам. Под нами с воплями копошатся разбегающиеся в ужасе миряне и силпаты, но мы не обращаем на них внимания, поднимаясь на ноги и готовясь вновь схлестнуться друг с другом в яростной схватке.
Гомункул взмахнул правой рукой и в ладонь выскочила рукоять меча, из которой секунду спустя с лязгом выдвинулось зловеще сверкающее лезвие. Взмах в мою сторону — и острая сталь распадается на равные сегменты, сцепленные гибким основанием клинка. Смертоносный хлыст с вытягивающимися из недр рукояти дополнительными лезвиями стремительно сокращает разделяющее нас расстояние и я успеваю лишь отвести голову вправо и вскинуть дриарилловую лапу. Уши заложило от грохота с лязгом столкнувшегося металла, во все стороны взметнулся веер ослепительных искр, а продолжающее движение лезвие врага пронзает моё левое крыло. Балисс делает рукой резкий рывок и от рукояти необычного меча мчится изгибающая лезвия волна, которая достигает моего крыла и тянет застрявшее в нём острие в сторону, разрезая им черное полотнище на всю его длину.