Космический пират и девушка-нелегалка из пояса Сатурна — два человека из разных миров. Их случайная встреча становится началом опасного приключения, где от их решений зависит судьба маленькой девочки. Смогут ли они преодолеть недоверие и различия, чтобы спасти ребёнка?
Похоже, «По дороге на Оюту. Наперегонки со временем» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Глава 31
Слова хвостатого капитана заставили меня здорово поволноваться. На пару мгновений даже забыла, что считаюсь девой не робкого десятка.
Миранец молча сверлил меня пристальным взглядом. А затем, усмехнувшись, приподнял тёмную бровь и стрельнул глазками в сторону утилизатора.
Я сглотнула, глядя на этот чернеющий проём.
По спине, холодя кожу, поползли мурашки.
Не желая терять своё лицо, вскинула подбородок и чётко произнесла:
- Юлу я туда спустить не дам, хоть убивай меня тут."
"На лице мужчины расцветала ну совсем подленькая ухмылочка. Мурашки теперь не ползли, а понеслись галопом, заставив меня передёрнуть плечами.
- Говори, что задумал, - шепнула я. Мой голос задрожал, выдавая испуг.
Миранец деловито растёр ладони и перевёл взгляд на дочь.
- Я сказала - не дам сбросить ребёнка в мусорку, - наверное, на инстинктах метнулась в сторону и встала между ним и Юлой.
- Думай, что говоришь, - он мгновенно стал серьёзным. - Туда полезешь ты и немедленно. У нас два часа на всё. А потом ключики улетят в открытый космос, а вместе с ними и твои мечты добраться в короткий срок до Оюты.
- Я... туда.., - мои ладони покрылись липким потом.
Он медленно кивнул.
Сглотнув, одарила дочь самым убийственным взглядом, на который только была способна.
- Я больше так не буду, - проревела она напоказ.
Что-то не верилось мне, что это её последняя проказа. Моя малышка оказалась просто бомбой замедленного действия. В этот момент поняла, что, кроме работы и денег, от меня требуется ещё кое-что: быть ответственной внимательной строгой матерью. Тут уже словами не обойдёшься - необходим жёсткий контроль над всеми её поступками и действиями. Иначе получу на выходе вторую Анику. Сестра тоже была милейшим ребёнком, а выросла... я даже не знаю, кем она стала впоследствии.
- Мама, я честно-честно больше не буду, - сложив ладони, она взглянула на меня ещё жалостливее, ожидая, что я растаю и мгновенно всё прощу и забуду.
- И меньше тоже? Да, Юлианна, - покачав головой, тяжело вздохнула. - Видишь, до чего твои проказы довели. Маме теперь лезть в эту страшную трубу. А ты знаешь, как я не люблю темноту. Не жалко тебе меня? Стоило оно того?
- Я не хотела.
- А зачем тогда брала чужое? Дядя к тебе по-доброму: кормит всем самым вкусным. А ты у него украла. Это твоя благодарность? Такое ""спасибо""? - я хотела достучаться до неё и вызвать искреннее раскаянье. Чтобы она поняла всю подлость своего поступка.
- Я не буду больше, правда.
