Мы движемся к безумию, каждое шагание кажется последним. Доза становится наркотиком, но отказаться невозможно. Между жизнью и безумием нет той пропасти, через которую можно свалиться. Каждый день она маячит перед глазами, не давая ни минуты отдыха.
Похоже, «По краю безумия» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
ГЛАВА 4
ТаисияПросыпаюсь от громкого стука в дверь и требований отца ее открыть. Закрываю уши, зарываюсь в подушки, не желая его видеть. Не хочу его слышать. Вчера меня чуть не убили, из-за него. Почему, из-за его политических и криминальных игр я должна страдать? Вчера мне действительно было страшно. Отец не преувеличивал, когда говорил, что мне нужна охрана. Но это не отменяет его вины в том, что произошло. Он кому-то перешел дорогу, а убить хотели меня!
— Таисия открой дверь! — требует великий кандидат в губернаторы.
А сегодня нашел время в своем плотном графике поговорить со мной.
— Тая, открой немедленно или я вышибу дверь!
— Я сплю! — кричу ему в ответ. Ну что он может мне сказать? Как оправдает то, что произошло вчера.
Скажет, что это было недоразумением? Нервные стуки моего отца прекращаются, минуты тишины и он уходит.
Да, вчера меня утешала обслуга, а не родители. Впрочем, как и всегда. Тим привез меня домой, пытался утешить, что-то говорил, надевал на меня верх платья, которое сам же и снял. Я вообще ничего не слышала и не чувствовала. Я впала в полное оцепенение, вспоминая слова отца об убитых детях его коллег и знакомых.
Серов отпаивал меня водой, утешая меня, обнимал и даже пытался шутить. Он же дал мне снотворное и проводил в комнату. Вокруг меня еще бегала Люба, постоянно что-то причитала, но я не обращала на нее внимания. После двух неизвестных таблеток предложенных мне Серовым, я просто провалилась в сон. Меня словно отключили, а сейчас включили заново.
"Ворочаюсь на кровати, желая вновь погрузиться в сон, вздрагиваю от глухого толчка в дверь и ломающегося замка. Резко сажусь на кровать, сжимаю пульсирующую голову. Смотрю как вслед за выбившим дверь Серовым, входит мой отец. А говорил, вышибет ее сам.
— Прости котенок, приказы не обсуждаются, — извиняется передо мной мужчина. Улыбаюсь Серову и отворачиваюсь от отца, слыша, как начальник охраны покидает мою комнату.
