В зеркальном отражении души Лайсы, Шарлотта чувствовала то же одиночество и смятение. Постучав кулаком по твердому конверту, она ощущала приближение неизвестной угрозы. Внутренняя битва за самообладание казалась безнадежной — как лезвие ножа, пронзающее сердце каждого читающего страницы этой загадочной повести "По лезвию грани"....
Любая другая женщина послала бы свои извинения и осталась бы дома, но Анжелия была слишком заядлой светской львицей. Она была голубокровной мелкого пошиба, ее родословная была ничем не примечательна, ее достижения посредственны, и чай с герцогиней Южных провинций был приманкой, которую она не смогла проигнорировать.
Шарлотта отхлебнула чаю из чашки. Изысканный вкус, подкрашенный капелькой лимона и ноткой мяты, был неповторимо освежающим. Ей придется попросить рецепт у леди Оливии.
— А потом я дала ему пощечину, — объявила ее светлость.
Женщины вокруг стола ахнули, некоторые искренне удивились, некоторые, как Шарлотта, из чувства долга.
— Извините меня, — выдавила Анжелия. Она вскочила на ноги и выбежала из-за стола.
Потрясенная тишина воцарилась на веранде.
— Ну что ж, — сказала леди Оливия.
— С вашего разрешения, ваша светлость, я должна проверить, как она. — Шарлотта сложила салфетку.
— Да, конечно, моя дорогая.
Шарлотта встала и направилась в туалетную комнату. За ее спиной леди Оливия спросила:
— Так о чем это я?
— Вы дали ему пощечину, — услужливо подсказала Софи.
— Ах, да…
Шарлотта покинула веранду, пересекла солярий и остановилась у туалетной комнаты. Из-за двери донеслись истерические рыдания. Идеально.
Шарлотта достала из рукава ключ, отперла дверь и вошла. Анжелия замерла. Она стояла перед зеркалом, небрежно сбросив тунику на пол. Ярко-красные волдыри покрывали ее тело, некоторые размером с ноготь большого пальца, окруженные более мелкими язвами, похожими на тошнотворные созвездия.
— О боже, — пробормотала Шарлотта и закрыла за собой дверь.
Эмоции каскадом хлынули на лицо Анжелии: шок, негодование, ярость, стыд, размышления… Она колебалась между ними, пытаясь выбрать правильную, наиболее выгодную для нее. Это длилось всего несколько секунд, но Шарлотта не могла этого не заметить. Милое и часто отсутствующее лицо Анжелии Эрмайн скрывало ум стратега. Шарлотте придется быть исключительно осторожной.
Анжелия закрыла лицо руками и заплакала.
— Ш-ш-ш. — Шарлотта заставила, чтобы ее голос звучал спокойно. — Все хорошо.
Анжелия склонилась над раковиной, рыдая, как истеричка.
— О, леди эль-те Рен. Посмотрите на меня.
Как драматично.
— Вы знаете, что это за болезнь? — спросила Шарлотта.
Женщина всхлипнула.
