Автор
Нина оказалась в неожиданной ситуации: вооружённые люди в масках заявляют к ней в кабинет, и она воспринимает это как шутку. Вместо страха её вызывает мысль нарисовать сценарий для порнофильма. Страх был бы резким чувством, но Нина оставалась спокойной — до тех пор пока не поняла, что она в опасности и это больше не шутка....
Сможешь к восьми курьера напрячь? И что-нибудь еще дай в таком стиле. Ага, подстраховаться. И обязательно белый пиджак!
В какой-то момент я перестаю прислушиваться, бог с ней. Я уже поняла, что с Настей проще согласиться, чем что-то ей объяснять. Занимаюсь своими делами. Складываю в чемодан одежду, перебираю косметичку с аптечкой. Надо бы какое-то успокоительное купить. Меня основательно потряхивает. Я никогда не жила с мужчиной. Я вообще никогда ни с кем не жила, кроме наполовину съехавшей с катушек матери.
«Потому что ничего другого тебе не светит! Какая же ты дурочка, Нинка!» – насмехается мать, засев навсегда в моем подсознании.
– Ой, Нина, совсем ты меня закрутила. Первый час, я пойду! А ты постарайся выспаться. Время у тебя до восьми. Чтобы была к этому моменту как огурчик. Маску там сделай, что ли. И голову помой!
Уж не знаю, как это работает, но моя подружка-бессонница в эту ночь меня не тревожит.
Звонок в дверь заставляет меня подпрыгнуть.
– Ну, привет, невеста! А вот и мы. Что стоишь? Пройти дай!
В руках Насти несколько чехлов. За ее спиной – длинная, как жердь, девушка с чемоданом и непроницаемым черным пакетом, какие обычно выдают в алкомаркетах. Бросаю на него полный опаски взгляд."
"– Знакомься. Это Даша. Она – супер. Ты себя не узнаешь. Поверь.
– С-спасибо. А это… – тычу пальчиком в чемодан.
– Тут косметика и всякие фены-плойки. Где мне лучше разложиться?
– Да вот… – киваю на барную стойку.
– Супер, – комментирует Даша.
– Ага. И это… я практически не пью.
– Так и мы не пьем. Это чтобы расслабиться. Как лекарство. Ты вообще чего хочешь? Есть пожелания по прическе?
– Ничего у нее нет, – фыркает Настя, открывая шампанское. – Будем отталкиваться от платья. Вон, смотри!
Ну а дальше начинается сущее безобразие.
