Автор
Нина оказалась в неожиданной ситуации: вооружённые люди в масках заявляют к ней в кабинет, и она воспринимает это как шутку. Вместо страха её вызывает мысль нарисовать сценарий для порнофильма. Страх был бы резким чувством, но Нина оставалась спокойной — до тех пор пока не поняла, что она в опасности и это больше не шутка....
Мой водитель и охранник по совместительству бросает машину перед самым входом, а потом долго спорит со сторожем, который настаивает, чтобы тот перепарковался подальше.
– Ну, вы тут решайте, а мы вон мороженого купим, – вздыхаю я, указывая на пестрый зонтик чуть поодаль.
– Не по правилам это, Нина Васильевна.
– Да что мне будет в парке, Саш? Никто ведь не знает, где мы.
Дядечка-сторож скандалит, грозит вызвать эвакуатор. Саша отрывисто кивает.
– Ладно. Тут дел буквально на пару минут.
Обещаю подождать своего бодигарда у тетечки-мороженщицы.
– Вик, может, у тебя есть двадцать… – опускаю взгляд, а Вики нет.
Отхожу от холодильника, забыв вообще, что там делала. Легкая тревога перерастает в оглушающую панику. Вики нет ни на ближайшей детской площадке, ни возле туалетов, ни возле парнишки, торгующего гелиевыми шарами. Ее нигде, господи боже, нет!
– Саша! – кричу, привлекая внимание вернувшегося охранника.
– В смысле?
– Я отвернулась на минутку, чтобы мороженое купить, оборачиваюсь, а ее нет!
– Вы на площадке смотрели? – челюсть мужика каменеет.
– Да! Я тут уже все оббегала.
– Давайте так, вы в этой стороне ищите, я в той. Параллельно свяжусь со Ставросом Аганфонычем и Самойловым. У нее маячок на телефоне. Мы быстро ее найдем."
"Я как во сне киваю. Бегу… Кричу. «Вика! Вика!!!» Редкие прохожие оглядываются на меня, как на безумную.
Вы не видели девочку? Восемь лет. Рюкзак, темные волосы?
Нет. Не видели.
На улице тепло, а у меня стучат зубы. Я ношусь по парку, насколько хватает сил и дыхания. Звонит телефон. Вынимаю из сумочки. Неужели похитители? А если да? Что мне делать? Звонить в полицию или не звонить? Господи, зачем мы пошли в этот парк?! Как так вышло, что я ее проглядела?! Ставрос… О, Ставрос! Господи, милый, прости.
