Автор
На этом пресловутом дне всё изменилось для Артема: мир вокруг стал невероятно сложным и острозамученным. Теперь он понимает, что каждый шаг на новой политической шахматной доске может оказаться последним. Время заставило его осознать важность каждого момента в жизни. Начало карьеры - это лишь первая пешка в большом и грозном бою, где победу ожидает только один....
Так же как и о том, что ей тридцать лет и она в разводе около года. Единственный её ребёнок – Ванечка, двое других – племянники. У неё Белгородская прописка и временная регистрация здесь, в Крыму. Она переехала, потому что у Ванечки астма. Он стоит на учёте в Ялтинской больнице.
Я мало знаю эту женщину, но мне кажется – это очень в её стиле. Собрать чемоданы и переехать на другой конец страны без мужика и поддержки, потому что так будет лучше для ребёнка.
И когда я доберусь до неё, не будет ничего уважительно в том, как я её оттра*аю.
Подаю знак администратору принести нам счёт. Настя смотрит на меня, пожёвывая губу.
- Что? – спрашиваю, расплачиваясь.
Обращаю внимание на то, что мне предоставлена сорокопроцентная скидка. Чувствуется рука Альбины.
Настя дожидается, пока официант уйдёт и лепечет:
- Мы что, прямо сейчас? Я имею в виду…
Кажется, у меня только что появился фетиш. Обожаю, когда она становится Красной Шапочкой.
- А ты что, передумала? – передразниваю я, вставая.
- Нет! – возмущается Настя, провожая меня взглядом.
- Пойдём, - говорю, протягивая ей руку.
Она вкладывает свою ладонь в мою и поднимается со стула, глядя мне в лицо. Мои ноздри раздуваются, потому что я опять ощущаю лёгкий цветочный аромат.
Рассматриваю её всю, от макушки до кончиков бежевых туфель.
Я уже привыкаю к разнице в наших габаритах. Мне всё нравится. Хочу поскорее сжать эту округлую попку в своих руках, поэтому снимаю со спинки стула чёрную косуху и веду её за собой.
- Куда мы, - пищит Настя мне в спину, пока мы покидаем ресторан.
В отражении стекла вижу, как забавно она пытается поспеть за моими широкими шагами, хмуро и сосредоточенно глядя себе под ноги.
На входе стоят мои ребята.
- У машины ждите, - велю, пихнув одному в руки Настину косуху.
На улице свежо и тепло. Пахнет солью и можжевельником.
Давно стемнело.
Оглядываюсь по сторонам в поисках подходящего места для пробного, скрепляющего соглашение поцелуя. В парке зажглись фонари, и там с виду безлюдно. Тащу свою драгоценную обузу туда.
- Мы можем так не бежать? – возмущается она. – Я же на каблуках!
Игнорирую протест.
Спустя тридцать метров не выдерживаю и останавливаюсь. Не терпится приступить к делу.
Не помню когда последний раз так жаждал поцеловать женщину. Может, лет пять назад, или десять.
Повернувшись, притягиваю её к себе. Одной рукой обхватываю стройную талию, а вторую кладу на затылок, просунув пальцы под мягкую косу. Кажется, у неё ноги болтаются.
