Автор
На этом пресловутом дне всё изменилось для Артема: мир вокруг стал невероятно сложным и острозамученным. Теперь он понимает, что каждый шаг на новой политической шахматной доске может оказаться последним. Время заставило его осознать важность каждого момента в жизни. Начало карьеры - это лишь первая пешка в большом и грозном бою, где победу ожидает только один....
- А, по-моему, нет, - настаивает он, кладя часы на тумбочку.
- С чего ты взял? – упрямлюсь я.
Нет, ну, правда. Английскими учёными давно доказано – если хочешь успокоить человека, никогда не употребляй слово «успокойся». Это ещё больше его взбесит.
- Хочешь опять поругаться? – с угрозой спрашивает Артём, кладя руки на пояс.
Под его тяжёлым взглядом я отступаю. Досадливо сжимаю губы и складываю руки на груди, демонстративно рассматривая потолок.
Он уходит, буркнув «то-то же».
Фыркаю.
Дожидаюсь, пока стихнут его шаги и огибаю кровать, прихрамывая.
- Сгодится… - бурчу, возвращая бокал на место.
Слышу, как льётся вода в душе, и представляю себе, как струи стекают по его телу…
Я ведь совсем скоро его увижу…тело, я имею в виду.
Мы стремительно приближаемся к цели сегодняшнего вечера.
Мамочки…
Наверное, мне нужно раздеться?
Да? Нет?
Да.
Кажется, шампанское уже действует.
"Иду к противоположной тумбочке и снимаю свитер. Юбку тоже снимаю и аккуратно складываю всё на тумбочку. Откидывая волосы за спину, встряхнув ими. Бельё оставить? Смотрю вниз на свой лимонный комплект.
Я ведь не модель нижнего белья. У меня даже крошечный животик есть. Тем не менее, мне моё тело нравится…ну, кроме задницы, я уже говорила…
Так что, снимать или нет?
- Снимай, - слышу за своей спиной и резко оборачиваюсь, застигнутая врасплох.
ОБОЖЕМОЙ.
Артём стоит, опёршись плечом о дверной косяк и сложив руки на груди.
Я так и застыла, громом поражённая.
О, мамочки…
Это…мне? Это всё моё?
Я хочу потрогать…
- Ты что, голого мужика не видела? – усмехается Артём, разглядывая меня в ответ наглыми глазами, особенно мою попу. Будто примеряется к ней.
Разворачиваюсь к нему и блею, махнув в его сторону рукой:
- Нет…то есть… - я определённо не видела таких мужиков голыми.
Он ржёт, тряся головой, и сдирает полотенце.
- Так пойдет?
О, даааа…
Так определённо пойдёт.
Очень-очень пойдёт.
У меня соски превратились в колючки.
Пальчики чешутся, так хочется потрогать его…он везде большой, везде-везде…
Я теперь не смогу нормально смотреть на него в одежде. Только и буду думать о...
- Настя? – вторгается Артём в мои грязные мысли.
- А?..
