- В каком месте я добрая? – На моем лице появилась усмешка. Мне хотелось быть стервой. Непробиваемой железной леди, которая на первое место ставит себя, а не других.
- Да ладно тебе, - улыбнулась Дилара. – Ты светлый человек. Никогда не оставишь в беде. Не предашь. Не сделаешь больно. И я рада, что ты моя подруга.
Она потянулась ко мне и обняла, а я обняла ее в ответ.
- Для Руслана ты свет, которого ему так не хватает, - повторила Дилара.
- А мне кажется, что он поехавший. Его привязанность нездоровая. Когда тебе раз за разом прямо говорят, что между нами ничего не может быть, кроме дружеского общения, пора понять, что все. Нужно прекратить. Отстать. Забыть. Найти кого-то еще, - возразила я. – И вообще, девчонки-то у него были. И наверняка есть сейчас.
- Ну знаешь, свет и физическое желание – разные вещи, - хихикнула подруга.
- Да пусть спит, с кем хочет, - отмахнулась я. – Главное, чтобы от меня отстал. До сих пор чувствую вкус его губ.
- И какой он? – с любопытством спросила Дилара.
- Миндальный.
- Слушай, это даже мило! Я вот вообще ничего не чувствую ничего, когда целуюсь. Если, конечно, парень не курил… А миндальный вкус поцелуй – звучит романтично!
- Диль, ты в курсе, что привкус горького миндаля у цианида? – со смехом спросила я. – Не хочу травиться.
Подруга внимательно посмотрела на меня, высоко подняв идеальную черную бровь, но ничего не сказала – раздался звонок, и она побежала открывать дверь. А вернулась с шикарным букетом белых роз, который едва тащила – их было штук пятьдесят или больше.
- Это еще от кого? – удивилась я. И почему-то решила, что Леха решил порадовать Дилару. Но нет. Это был подарок от Руслана.
«Прости, Полина, мне жаль. Я не хотел обидеть тебя», - было написано в маленькой открытке.
- Идиот, - нахмурилась я. – Неужели думает, что напишет один раз прости, и я все забуду?
- Идиот, - согласилась Дилара. - Зато в доме будут шикарные цветы! Чувствуешь, как пахнут? Сделаю селфи и подпишу: «Как прекрасно начинать день с подарка от любимого». И пусть все завидуют!
В отличие от меняя, цветы она очень любила. У меня же цветы по большей части ассоциировались не с романтикой, а с кладбищами. Я всегда приходила туда с цветами.
- У меня нет такой огромной вазы, поставим в ведро! Пересчитай, вдруг их четное количество, - сказала подруга.
- Делать мне больше нечего, - фыркнула я.
Вечером мы съездили в гости к ее родителям, и я наконец, смогла потискать Обеда. Диларе пришлось оставить его у них, потому что кот слишком сильно привык и к семье, и к квартире."
"Из маленького пищащего пушистого комочка он стал здоровенной наглой мордой. Причем очень высокомерной, будто его не на помойке нашли, а купили в элитном питомнике. Вымахал Обед будь здоров, и квартиру Айдаровых обходил, высоко подняв пушистый хвост.