Слушай, раз ты так любишь свою подружку, я дам тебе право решать, как с ней поступить. Избить, как тебя или повеселиться по-другому. Это парни Захара и они могут сделать все.
- Каждого, кто тронет Полину, лично отправлю в ад, - глухо повторил Дима. – Не трогай ее. Продолжай со мной. Делай все, что хочешь, пока не поймешь - я ничего не знаю.
Андрей погрозил ему пальцем.
- Мне интересно, сколько понадобится времени, чтобы ты признался, после того как я возьмусь за твою подружку? Думаешь, она вытерпит столько, сколько и ты?
- Я. Тебя. Разорву. На. Части, - прорычал Дима. Мама, слыша это, снова зашлась в криках, от которых звенело в ушах.
Мама, мамочка, все будет хорошо… Мне хотелось сказать ей это, но я не могла ни слова вымолвить.
- Охотно верю, что разорвешь. В фантазиях. Так, уведите мою супругу. Только будьте с ней осторожны. Делать ей больно могу только я сам. – Отчим говорил так, как будто она была его личной вещью.
Упирающуюся изо всех сил маму потащили к двери. Она кричала так, что разрывались барабанные перепонки. Кричала, срывая до хрипа голос, и тянула ко мне руки.
- Полина! Доченька! Прости меня, Полина, прости!
- Мама! Мама! - Я пыталась прорваться к ней, но и мне не позволили. Схватили, да так крепко, что затрещали кости.
- Ты сам виновата, - холодно сказал отчим. – Вынудила меня на этот шаг.
- У таких уродов, как ты, виноваты все, кроме вас самих! – неожиданно спокойно сказала я. – Но не обольщайся, папуля. Мы все знаем правду. И знаем, насколько ты гнилой. Ты все время говоришь, что тебя не любят. А знаешь почему? Потому что ты сам себя не любишь. Знаешь, насколько прогнила твоя душонка. Знаешь, какой ты на самом деле. И бесконечно боишься, что и остальные узнают. Почувствуют ту вонь, которая от тебя исходит.
Не знаю, откуда взялось это спокойствие. Наверное, появилось из-за чувства неотвратимости. Я была готова к боли.
Глаза Андрея потемнели. Я попала точно в цель.
- Посмотрим, что ты будешь говорить дальше. Когда парни начнут развлекаться с тобой. Может быть, запоешь иначе? Как думаешь, дочурка?
- Эй! Не трогайте ее, - вдруг глухо произнес Дима. – Я все скажу. Слышишь?
- Так-так-так, - заулыбался Андрей, довольный результатом. – Что ж, давай. Говори. И помни – попытаешься обмануть, поплатишься.
- Дима! – закричала я в ужасе.
- Я просто слишком сильно тебя люблю, - на его окровавленных губах заиграла улыбка.
Но Дима не успел и слова сказать. В подвал ворвались вооруженные мужчины и заполнили собой все пространство, в один миг переломив ситуацию.
Глава 64. Спасение
Андрея и его охранников уложили на пол. Диму – тоже. А вот нам с мамой ничего не сделали – сказали стоять и не двигаться. Правда, мама не послушалась приказа. Подскочила ко мне и обняла меня, закрывая спиной."
"- Мама с тобой, мама с тобой, - зашептала она, сама трясясь от ужаса.