- Извините, что прерываю ваше любовное чириканье, - вмешался Леха, который вместе с Диларой все так же сидели на диване, и рука парня лежала на плече моей подруги. – Но у меня вопрос. Димас, откуда тебе знать, когда Крет находится в подпольном казино? Ты мог попасть внутрь после гонок, а его бы там не оказалось.
- Крет любит наблюдать за гонками с мониторов, - пояснил Барс. – Он азартный. Любит делать ставки. Поэтому приезжает в казино тогда, когда орги проводят гонки.
- Понял-принял, - кивнул Леха и нахмурился. – И как теперь туда попасть? Снова участвовать в гонках?
- Я туда попаду, - сказала вдруг я, и все трое уставились на меня. – И сама передам Крету все, что нужно.
Леха изогнул бровь. Дилара покрутила пальцем у виска. А Дима сказал: «Нет».
- Гремлин знает меня. Доверяет. Несколько раз звал в казино – просто потусоваться, но я всегда отказывалась, - сказала я. – Мне будет просто попасть внутрь. Я найду Крета и передам ему все, что нужно.
- Тебя нельзя втягивать в это, - запротестовал Дима.
- Мой отец летел на этом самолете! Он пострадал из-за Захара! Я обязана хоть что-то сделать! – выкрикнула я, чувствуя дикое желание мести. Те, из-за кого погиб мой папа, должны быть наказаны! Зло, которое остается безнаказанным, порождает еще большее зло.
- Это опасно, - выдохнул Дима. Кажется, он не ждал от меня такой реакции. Но разве я могла поступить иначе?
- Вот именно, - поддержал его Леха. – Пусть Барс сам решит! Я помогу.
- А ты вообще не лезь, - пихнула его локтем в бок Дилара, и Леха замолчал.
- Я сам все сделаю, Полина, просто доверься мне, - попросил Дима, взяв меня за руку. – Обещаю, что те, кто виновен в гибели твоего отца, поплатятся.
- Нет. Лучше ты мне доверься. Пожалуйста, - прошептала я и крепко сжала его пальцы.
Наши глаза встретились. Мои – полные боли – и его – уставшие, но решительные. Никто из нас не собирался сдаваться. Каждый хотел сделать по-своему.
Пока мы говорили, Дилара и Леха деликатно ушли в другую комнату – решили, что не станут вмешиваться. Ну или Дилара решила и утащила за собой Леху, а он не сопротивлялся.
Разговаривали мы долго. Не ругались, даже голоса не повышали, хотя от переизбытка эмоций меня, казалось, вот-вот разорвет. И каждый хотел уберечь другого от опасности.
Дима говорил, что ему страшно отпускать меня. Что он боится – вдруг все пойдет не по плану, и меня схватят люди Захара. А я говорила, что, наверное, и так уже под прицелом. Андрей рано или поздно выяснит, кто спас его пленника. И выйдет на нас с Лехой. И вообще, времени у него больше нет. Я должна участвовать в новых гонках и попасть в казино, чтобы встретиться с Кретом. Это будет быстрее и надежнее. Ведь его могут рассекретить, раз теперь знают, что сын Сперанского жив.
- Я не могу отпустить тебя, Полина, - беспомощно сказал Дима.