Он классный тату-мастер.
- Очень, - кивнула я. – Смело и ярко. Тебе идет.
Я направилась следом за ним. Мы прошли по коридору и оказались в зале с несколькими кушетками для клиентов. На одной из них другой мастер набивал крупному парню тату на ноге. Остальные были свободны. Четкие биты другой песни Дрейка слышались еще отчетливее, чем в холле. На стенах красовалась аэрография. Стильно.
Макс закрыл свое рабочее место плотной черной шторой, и я стянула футболку. Бить тату предстояло на ключице. Эскиз мы утвердили заранее – по переписке. Как и всегда.
Каждый год – новое тату. Я решила это тогда, когда переехала к бабушке.
Первый год – та самая фраза «Я буду любить тебя целую вечность» на ребрах с левой стороны. Ниже – две даты. Дни, когда умерли папа и Дима.
Второй год – летящий вверх самолет, за которым тянулся тонкий след в виде сердца на предплечье.
Третий год – созвездия на ключице, соединенные тонкими точками. Символ вечности.
Мастер дезинфицировал нужный участок кожи, нанес специальный гель, сверху – трансферную бумагу с эскизом. Потом попросил меня лечь на кушетку, включил тату-машинку и принялся наносить краску. Я попыталась расслабиться.
По большей части мы молчали – Макс был сосредоточен на работе, а я вслушивалась в ритмичное звучание музыки на заднем плане. Было немного больно, но я сдерживала себя. Привыкла не реагировать ни на душевную боль, ни на физическую. Иногда мне казалось, что я стала какой-то бесчувственной. Но, наверное, это хорошо. Так легче.
- Твою ж мать! Больно! – в очередной раздался из-за ширмы крик парня, которому набивали татуировку на ноге.
- Да потерпи ты, Серый! – раздался голос его мастера – кажется, они были приятелями. – Вон девчонка за ширмой ни разу даже не пискнула!
- Она у меня героиня, - громко ответил Макс, стирая салфеткой краску с кожи и обратился ко мне: - Слушай, разве тебе не больно? Я ж вижу, как ты иногда вздрагиваешь.
- Больно, - равнодушно ответила я.
- А почему не говоришь? На ключицах кожа чувствительная.
- Зачем? Что от этого изменится?
Мастер заглянул мне в глаза.
Спустя несколько часов я покинула тату-студию с новой татуировкой на ключице. Она была закрыта пленкой, и я все еще чувствовала небольшое жжение, но настроение было хорошим. Даже несмотря на то, что Макс снова позвал меня на свидание. А я снова отказала.
- Твое сердце занято? – спросил он, не обидевшись на отказ.
- Разбито - ответила я и, улыбнувшись, ушла.
В нем навеки остался Дима.