Автор
В ночной тиши мягкая зона, где он всегда остается в безопасности, Лена с удовольствием наслаждается его вниманием. Под ленивым взглядом коньяка она размещает свою легкость - тонкий плед, под которым прячется Лена, в вечной игре противостояния со всеми, кто близко к нему приблизился. С каждым днем жжение становится невыносимо, заставляя его мечтать о помощи или отчаянно пытаться справиться с болезнью самому....
— Юль, ты езжай домой, не жди меня. У меня просто работы ещё море.
— Когда дома появишься? — безжизненным голосом спрашиваю я, стоя на пороге кабинета.
Но он даже не замечает этого. Того, насколько мёртвым звучит мой голос.
— Часа через… три.
— Хорошо, — еле слышно произношу и… просто ухожу.
Я не знаю, почему не потребовала от него объяснений. Не спросила, к какой женщине он собирается ехать. И почему я не должна об этом узнать.
И самое главное, я не знаю, что мне делать дальше.
Выхожу на улицу через служебный вход, надевая куртку уже там.
Застыв на месте, пустым взглядом смотрю вперёд.
Видимо, у меня совсем поехала крыша, потому что ничем другим я не могу объяснить дальнейшие свои действия.
Я решаю, что хочу увидеть своими собственными глазами ту, с кем мне изменяет Денис. Раз он сказал, что в последний раз к ней едет, значит, как минимум одна измена уже была.
На парковке я сажусь в такси, которые тут часто стоят, и жду появления Дениса. Озвучиваю пожилому таксисту, что нужно подождать кое-кого.
Громов выходит, как и говорил, ровно через пятнадцать минут и садится в свой автомобиль.
— Вот за этой машиной езжайте, — говорю водителю такси, как только Денис начинает выезжать с парковки.
Видимо, для таксиста не впервой такого рода просьбы от пассажиров. Он не удивляется, просто молча пристраивается за Денисом и всю дорогу старается не отставать от нужного авто.
Когда Денис останавливается возле цветочного ларька на какой-то остановке, заходит в него и спустя буквально пару минут выходит с какими-то красными цветами в руке, из меня вырывается истерический горький смех.
Мне он цветов не дарил. Ни разу.
Слёзы обиды, разочарования и боли появляются в глазах. Всё плывет.
Мы снова начинаем двигаться, а я, откинув голову на подголовник, закрываю глаза. И молча плачу, даже не вытирая слёз с щёк.
Проходит, наверное, минут двадцать, прежде чем наша машина останавливается. Всё это время я так и ехала с закрытыми глазами.
Таксист глушит мотор, и я понимаю, что приехали туда, куда так стремился Денис.
Открываю глаза, смотря в лобовое стекло.
И впадаю в шоковое состояние, когда вижу и понимаю, куда именно мы приехали.
— Выходите? — равнодушный голос таксиста приводит меня в чувство.
— Нет… — растерянно отвечаю я. — Отвезите меня… — дрожащим голосом называю адрес дома Громова.
Мы трогаемся, и я с трудом отвожу взгляд от спины Дениса, в этот момент заходящего на территорию… кладбища.
