Автор
Горячая тропическая ночь охватывает город, как призрачная маска, притворяясь миром под покровом спокойствия. Я почти на бегу, стараюсь меньше клацать каблуками по асфальту. Прижимаю сумочку плотнее к груди и вдруг начинаю бежать — передо мной — это машина, выруливает из-за угла на Рабочий переулок, освещая пустынную улицу фарами. До дома не так уж и много, но встречи с этими парнями нужно избежать любой ценой....
Глава 9.
Я так ошарашена его вопросом, что даже не могу обернуться и посмотреть. Сжимаю в руке тряпку и медленно выдыхаю. Что он хочет услышать? Скажи я правду – ни за что не поверит. Да и почему я должна отчитываться перед ним? Семь лет прошло, ему ни под каким соусом не было интересно, как и чем живёт девочка Маша.
Поджимаю губы и продолжаю убирать. Быстро закончу и уйду отсюда. И вдруг застываю, словно парализована, когда слышу, как Игорь ставит с тихим стуком стакан на столик у дивана, слышу сзади его тихие шаги.
Он останавливается слишком близко. Обеими руками сжимаю тряпку и зажмуриваюсь. Отойди, прошу, отойди от меня, не рви душу, Котовский.
– Ты не ответила, – тихий шёпот почти у самого уха.
Спиной я ощущаю его близость, чувствую позвоночником тепло и покалывание, похожее на ток. Ни в одну из тех жалких попыток завести отношения не было даже ничего подобного. А он всего лишь рядом стал, и на моей коже все волоски поднялись.
– Какая разница, Игорь? – голос сел, и получается только тихий шёпот, как и у него.
На шею мне сзади ложится крепкая ладонь, и мой вдох получается рваным. Развернуться бы, оттолкнуть его, крикнуть громко, чтобы не смел подходить даже близко. Я же и так чувствую себя рядом с ним такой ничтожной, полнейшей неудачницей, и так снова сгораю от осознания своей чудовищной глупости.
Но моё тело так жаждет ласки. Не чьей-нибудь – его. Только на него настроено было все эти годы, и одно прикосновение вызывает ядерную реакцию в моих клетках.
Мужская ладонь скользит мне на горло, обхватывает подбородок.
Почему так? Полнейшая фригидность с другими, которых я дальше поцелуев не смогла впустить. И невыносимый жар, стоит Коту прикоснуться ко мне.
Это неправильно. Он ведь пьян. А я… Вот так вот, не поговорив, без слов, объяснений, без даже взглядов, но я поддаюсь. Когда Игорь сжимает второй рукой платье на моём животе и всем телом прижимается сзади, я вздрагиваю и выгибаюсь, упёршись затылком ему в плечо.
Обе его ладони ложатся мне на бёдра и скользят под платье. Котовский спускает мои трусики до колен и толкает на стол, укладывая вниз лицом. В голове яркими вспышками сигналит мысль, что это нужно остановить. Прекратить, прервать. Так нельзя. Я безумно хочу его, но не так!"
"Однако я не нахожу в себе сил отказать ни ему, ни себе.
