Автор
Горячая тропическая ночь охватывает город, как призрачная маска, притворяясь миром под покровом спокойствия. Я почти на бегу, стараюсь меньше клацать каблуками по асфальту. Прижимаю сумочку плотнее к груди и вдруг начинаю бежать — передо мной — это машина, выруливает из-за угла на Рабочий переулок, освещая пустынную улицу фарами. До дома не так уж и много, но встречи с этими парнями нужно избежать любой ценой.
Сначала Котовский сильно опустил его перед его же друзьями, а потом ещё и съездил по морде. Но тогда его злость была направлена не на меня, и было не страшно.
Не думаю, конечно, что Кот поднимет на меня руку. Но быть объектом вспышки его злости я желанием не горю. Потому забираю свою сумочку из гостиной и тороплюсь на выход, обнаружив, что за воротами уже ждёт такси.
Плюхаюсь на заднее сиденье, но облегчения особого не испытываю, когда машина увозит меня. Теперь моя жизнь изменилась. Сделала ещё один крутой поворот, и только одному Богу известно, в какую сторону он приведёт.
Глава 22.
Охранник на входе пропускает Котовского в небольшую комнату типа гостиной, но меньше размерами и уютнее. Пётр Николаевич Савельев сидит в углу дивана, развалившись, и курит сигару.
Игорю вся эта сочинская бизнес-тусовка никогда не нравилась, вызывая презрение и полное отсутствие уважения. Но с волками жить, как говорится… Ему нужно было зацепиться, и именно Савельев увидел в перспективном парне нужную жилу, поддержал на первых порах. Не сильно, но всё же. Для старта, такому цепкому и внимательному как Кот, хватило с лихвой.
Но Пётр Николаевич прекрасно знает отношение Котовского ко всей этой элите, и к нему самому в том числе, но тем не менее Игорь имеет свои преимущества, с которыми Савельев вынужден считаться.
– Привет, Игорёк, – растягивает губы в улыбке. – Присаживайся. Выпьешь?"
"– Утро же, дядя Петя, какое «выпьешь», – Кот опускается на тот же диван, на котором сидит хозяин дома, только в противоположный угол и тоже разваливается. – С переводом всё как надо?
– Да-да, всё в порядке, – Савельев тушит сигару и откладывает её на край пепельницы. – Хитрый ты, Котофей, когда девчонку успел под себя подмять? Я её три года пас, присматривался, с тех самых пор, как в Краснодаре долг её у Прокофьева перекупил. Не затасканная, не балованная, без претензий. Красивая, чего уж тут говорить. Сиськи маловаты, но в целом хороша.
На последнем замечании Котовский даже бровью не ведёт, хотя внутри что-то чёрное, злое голову поднимает. Неприятно ему. Не должно быть, а тем не менее.
– Я её только-только решил поджать, чтобы никуда не делась, а оно вон что оказалось. Ты уже сцапал. Для игрищ своих, небось?
– Вроде того, – Кот всё же решает закурить. – Девочка эта моя ещё в Краснодаре была. Долго не виделись.
– Ностальгия взяла?
– Ну типа того.
– Хорошая девчонка, сильная, хоть и не уровень она тебе. Мне кажется, замороченная она немного. Но и неудивительно с такой-то жизнью.
