Майор контрразведки СМЕРШ Павел Никольский прибывает в освобожденный концлагерь Аушвальд в поисках военного преступника доктора Клауса Менделя, проводившего чудовищные эксперименты над заключенными. Преступник успел скрыться, и начинается его опасная охота через разрушенную войной Европу.
Раздел Chitat.online для книги «По следу кровавого доктора» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Майор контрразведки СМЕРШ Павел Никольский прибывает в освобожденный концлагерь Аушвальд в поисках военного преступника доктора Клауса Менделя, проводившего чудовищные эксперименты над заключенными. Преступник успел скрыться, и начинается его опасная охота через разрушенную войной Европу.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Майор контрразведки СМЕРШ Павел Никольский прибывает в освобожденный концлагерь Аушвальд в поисках военного преступника доктора Клауса Менделя, проводившего чудовищные эксперименты над заключенными. Преступник успел скрыться, и начинается его опасная охота через разрушенную войной Европу.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Из-за ограды донесся крик. Несколько человек передернули затворы, устремились туда и тоже встали, не в силах оторвать глаз.
За забором пролегал глубокий извилистый овраг. Он почти до краев был завален обнаженными мертвыми телами. Худые изможденные люди лежали вповалку, чуть присыпанные песком. Жутковатая братская могила — мужчины, женщины, дети. Черепа, обтянутые кожей, выпученные глаза, лица, сведенные судорогой.
Их смерть была мучительной, наступила не сразу. Видимо, крематории уже не справлялись с наплывом тел, прошедших через газовые камеры. Под занавес людей перестали сжигать, просто сваливали в ямы.
Солдаты пятились, спешили вернуться к баракам. Кто-то украдкой крестился, стыдливо глядя на товарищей.
Но в так называемой жилой зоне бойцов тоже не поджидало ничего приятного. Между серыми двухэтажными бараками валялись горы полосатого тряпья. Одежду, снятую с узников, не успели сжечь. Грудились взорванные грузовики, к которым были прицеплены цистерны. Ветер еще не успел унести прочь запах газа. Валялись скрученные шланги, металлизированные рукава.
Бойцы по нескольку человек забегали в складские строения и осматривали их. Немцы были рачительными хозяевами, ничего не выбрасывали. Один барак был завален тюками гражданской одежды — костюмы, пальто, куртки, женские и детские платья, огромные связки чулок. Вывезти все это немцы не успели, не рассчитывали, что все произойдет так быстро.
Другой барак был сверху донизу забит обувью, третий — охапками очков, зубными щетками, кисточками для бритья. Четвертый — огромными рулонами человеческих волос. Следующий полностью выгорел. Пожарище окутывал смрадный дух.
Автоматчики пулей выскочили из полуразвалившегося кирпичного строения. Там валялись расстрелянные тела.
В женской зоне еще хуже. Несколько бараков подряд, и везде одна картина. Груды обнаженных женских тел. Их не сжигали, не расстреливали, просто заставили раздеться, отключили обогрев и выбили стекла в окнах. Женщины умерли от переохлаждения.
— Братцы, да что же это? — пробормотал потрясенный автоматчик.
Этот парень повидал всякое, но с таким еще не сталкивался.
— Что же вытворяли тут эти нелюди?
От увиденного кровь стыла в жилах. Предупреждать же надо! Но командиры и сами не знали, что предстоит увидеть им и их солдатам.
Людей в это учреждение свозили сотнями тысяч. Здесь же их уничтожали. По крайней мере тех, кто не способен был работать.
Западные ворота тоже были заблокированы красноармейцами. Подоспела дополнительно выделенная рота. Бойцы в бушлатах и фуфайках перебегали от здания к зданию, шли навстречу солдатам Пляскина.
