В мрачном трущебе, где время остановилось во времена оккупации, началась колонна узников — мужчины в белых робах, выстроенные в строгую форму. Сквозь железные ворота лагеря, как живой поток, накатывались на осажденную территорию. Воздух напряжен и холоден, чувствуется приближение страшной неизвестности за каждым углом....
Эти двое оказались не в том месте и не в то время. Венгры выжили в концлагере, потому что волю имели и держались друг за друга.
Третий смотрел на Градова большими глазами, тоже исхудавший, весь в нарывах, незаживающих язвах, с угловатым несимметричным черепом и ввалившимся носом. Хороший парень, но почему-то англичанин. Дуглас Лоу, верный подданный короля Георга. Какой только экзотики не встречалось в фашистских концлагерях!
— Иван, мы готовы. Ты только знак подай, мы сразу начнем, — прохрипел он на какой-то жуткой смеси польского и русского.
— Хорошо, — сказал Градов. — Ждем подходящего момента. Обрыв еще долго протянется. По сигналу все катятся вниз, бегут через поле. Надо бы захватить оружие.
— Мы сделаем, Иван, не подведем, — выдавил из горла венгр Корнель. — Я хоть одного прикончу, умру свободным человеком.
Молодой Сандор отказался от комментария. Его зубы выбивали чечетку, он шептал молитву, пристально уставился под ноги.
Колонна брела по дороге. Покрикивали охранники. Где-то в тылу разразилась звонкая автоматная трель.
«Это не было попыткой к бегству. Автоматчики пристрелили очередного доходягу. Какое ни есть, а развлечение. Неважно, куда нас гонят, — мрачно думал Градов. — Половина все равно не дойдет. Конвой все обочины вымостит трупами».
— Иван, а в самом деле, куда бежать? — Манфред Стаховски, бывший поручик польской армии, облизнул губы, изрытые трещинами. — Ну, скатимся вниз, так нас всех там и прибьют. У них вон автоматы новые, далеко стреляют.
— Не будет у нас другого случая, дружище. Далее равнина, там точно не спрячешься, потом деревня Шестово, в ней немецкий гарнизон, дальше опять поля. Только здесь, Манфред. У всех не выйдет, но кому-то повезет. А нет, так умрем с музыкой, весело, с хорошим настроением. До леса добежим, а там посмотрим, как жить дальше. В землю зароемся, померзнем еще чуток.
— Вы, русские, безумный народ, — пробурчал ему в спину Лоу.
Непонятно было, то ли одобрял, то ли недовольство высказывал."
"— Всегда хотите использовать свой шанс, даже если он один из ста. Я с вами, Иван, не сомневайся. Повелся с тобой, теперь и сам наполовину русский. Но знай, многие из наших не одобрили бы твой план. Красная армия уже рядом. Скоро она сможет отбить нас. Да, мало шансов, что нас перед этим не расстреляют, но, извини, друг, все же побольше, чем сейчас.
