Автор
В огромном городе жизни бывает сложной, где каждая проблема — шаг на трещину. Каждый раз при входе в дом становится опасным переломом, когда ты начинаешь понимать, как трудно пройти по тонкому льду между жизненными крючками.
— Например, из-за чего крайне важный свидетель не обозначен в материалах дела, — сказал генерал, четко отслеживая реакцию подчиненного. Даже если Игорь и был удивлен, то не подал виду, чем озадачил Громова ещё сильнее.
— Не понимаю, о чем вы говорите, товарищ генерал, — отчеканил майор, решив до последнего не сдавать своих позиций.
Он намеренно скрыл истинные знания Василисы, чтобы уберечь девушку от излишней опасности, но не учел слишком длинных и загребущих рук у преступника. Субботняя ночь показала обратное.
Прикинув возможные последствия, майор было решил рассказать правду, все нутро тут же снова завопило, чтобы он немедленно замолчал. Привыкнув верить интуиции, мужчина лихорадочно соображал как выкрутиться из столь щекотливой ситуации.
— Владимир Борисович, я бы с радостью вам рассказал, если бы сумел найти нечто действительно важное, — как можно убедительно произнес он.
— Игорь, не финти! — стукнув кулаком по столу громко сказал генерал. — Отвечай! Почему Василиса Иванова не входит в список свидетелей, когда она являлась близкой подругой жертвы? — настаивал на своём суровый мужчина. — Пропустить такого важного свидетеля ты не мог. Здесь что-то еще!
Генерал не громко рассуждал, а у Игоря в душе все похолодело, стоило только ему понять, что личность Василисы раскрыли. Если только кто-нибудь узнает, что Гоголь теперь живёт не один, то сложить дважды два особого труда не составит.
«Обед придётся выкинуть», — с сожалением подумал мужчина.
Выйдя после серьезного разговора с генералом, Игорь был настолько зол, что не заходя в свой кабинет, отправился а улицу. Ему срочно надо было проветрить голову.
— Сигареткой угостишь? — спросил у Серёги, дежурного оперативника на КПП, заступившего сегодня на сутки.
— Для тебя, Игорь Сергеевич, ничего не жалко, — ответил молодой мужчина и протянул майору пачку. — Зажигалка внутри.
— Спасибо, — взяв сигареты, Гоголь вышел на улицу.
Его донимали самые разносторонние мысли и в хаосе, впервые за многие годы, воцарившемся в своей голове, Игорь никак не мог разобраться."
"И чем больше он размышлял о насущных вопросах, тем более не веселыми становились ответы. Как ни крути, но ситуация вырисовывалась крайне неприятная.
