Сопя трубкой, он вошёл в комнату, пробурчал что-то сердито, погасил свет и вышел вон. Ребята замерли.
— Вот это да! Так и засыпаться можно, — вымолвил, наконец, Жора. — Нет, вы смотрите, появляется, как тень, вот это Лунатик.
На утро в имении Эйзен царило необычное оживление. Днём к Эльзе Карловне приходили молодые и пожилые немки. Они приторно улыбались, целовались и радостно поздравляли друг друга. Эльза Карловна за весь день ни разу не вышла во двор, и ребята поняли, что произошло что-то очень важное.
— У Эльзы какой-то праздник, — сказал Вова, когда ребята собрались на обед.
— Наверное, дочка именинница, — предположил Юра. — Да я сам видел: какая-то немка целовала её и поздравляла. Девчонка сегодня нарядная: бант голубой в волосах, новое платье, туфельки лакированные — и на пианино с утра играет.
— Как заяц на гитаре! — хихикнул Жора. — Обо всем этом у Кости надо спросить. Может быть, он от своей приятельницы узнал, какой там праздник.
Костю однажды заставили чинить велосипед для дочки Эльзы Карловны, и с тех пор Жора не давал ему прохода.
— Костя, как хоть её зовут? — спросил вдруг Юра.
— Гильда. Ты что, не знаешь?
— Вот-вот у этой Гильзы узнал бы, да и нам сказал! — озорничал Жора.
— Ты… ты меня Гильдой не попрекай! Понял? — Костя сорвался с места и убежал.
— Я слышала, — с дрожью в голосе заговорила Аня, — в доме часто упоминали Москву.
Словам Ани никто не придал серьёзного значения.
Вечером, когда голодные, продрогшие от холода и уставшие ребята сели за стол, раздался необычайно весёлый голос Эльзы Карловны. Она вызывала Люсю.
— Даже поесть не даст! — проворчал Вова.
— Опять бедняга, голодная, будет подавать на стол всякие вкусные блюда. Ох, как это тяжело, если бы вы знали ребята! — сказала Шура. — Знаете, ведьме этой доставляет удовольствие, когда мы, голодные, прислуживаем ей.
Ребята решили подождать Люсю. Она в это время из кухни понесла к столу хозяйки огромное блюдо с жареным гусем. Гостей было немного, все они сытые, самодовольные, с кольцами на пухлых руках. Не успела Люся приблизиться к столу, чтобы поставить блюдо, как Эльза Карловна, глядя ей прямо в глаза, крикнула:
— Москау фюит, капут! — и захохотала, откинувшись на спинку стула.
Вместе с Эльзой Карловной истерически захохотали гости. Люся остолбенела. Эльза Карловна, наслаждаясь её испугом, повторяла:
— Германская армада в Москау, капут Москау!..
Огромное блюдо с жареным гусем грохнулось на паркетный пол и разлетелось вдребезги.