Автор
Ева Ясенева и Дениса Лазарева оказались в центре непростых отношений после отмены свадьбы. Между ними назревают серьезные недомолвки и напряжение, вызванное недавними событиями. Возникает вопрос о будущем их союза и скрытых чувствах.
Я искренне удивилась:
— Вы и со Станиславом Викторовичем работали?
— Во времена существования «S&L» именно он лично вел юридическое сопровождение всех крупных сделок «РМП», не посвящая в них помощников, однако уже тогда я был наслышан о вас как об очень талантливом юристе. И рад, что вы продолжили работу с Денисом.
Почему-то всегда, когда я слышала о том, как тепло отзывался обо мне старший Лазарев, мне становилось грустно. И оттого, что человека, что так заботился обо мне больше нет, и оттого, что эти слова когда-то причиняли боль Дэну. Сдержанно ответила:
— А я рада, что он продолжил работу отца и теперь тоже работает с «РМП».
Мы стояли бок о бок, повернувшись в сторону постамента, где в этот момент выступал с речью один из гостей, но были увлечены беседой, не вслушиваясь программу мероприятия. Меня просто радовала возможность отвлечься от мыслей о Лазареве и Славиной и сам факт того, что среди всей этой светской тусовки я могу поговорить хоть с кем-то кроме Зеленой.
— Мне жаль ваш сгоревший пароход, — искренне призналась я Безуглову, но он с улыбкой отмахнулся.
— У «РМП» таких еще восемь, к тому же благодаря помощи Дениса, его уже отбуксировали на городской судоремонтный завод и скоро начнут приводить в порядок.
Когда Безуглов говорил о Дэне, в его голосе слышались теплота и гордость. И я полностью разделяла его чувства:
— Вы давно знаете Дениса?
— С детства, — улыбнулся Владимир Степанович. — Они росли вместе с Дёмой, ходили в один класс школы, а после нее — в яхт-клуб. Когда Денис ушел из дома в четырнадцать он пару недель жил у нас, а потом совсем исчез. Стас тогда места себе не находил, да и я думал, что пропадет мальчишка, а он все-таки взялся за ум и вон каким уважаемым человеком и незаменимым адвокатом вырос.
Я снова, не удержавшись, скользнула взглядом по широкой спине Дэна, стоящего впереди. Лазарев не любил откровенничать о том периоде, когда, сбежав из дома после смерти матери, жил на улице. Не знаю, с чем ему пришлось столкнуться в те годы, но догадываюсь, что хорошего было мало. Пожалуй, это оставило на нем свой отпечаток, наделив определенными качествами характера.
Безуглов, легко угадав направление моего взгляда, продолжил предаваться воспоминаниям:
— Я в те годы сам был капитаном рыболовецкого судна, а чуть позже стал одним из акционеров РМП, выкупив контрольный пакет акций у предыдущего владельца.