Эллен надеялась, что Дункан приедет к ночи, но Адэр сказала, что лучше подождать до утра.
Следующий день выдался ясным. Эллен вместе с Адэр учила детей и латала детскую одежду. К полудню она уже не находила себе места, и Конал посоветовал ей взобраться на крышу и оттуда высматривать Дункана.
Взяв плащ, Эллен поднялась на крышу и устремила взор туда, где находился Даффдур.
Дункан увидел ее сразу, как только впереди показался дом его брата. Ее рыже-золотистые волосы подобно знамени развевались на западном ветру. Сердце забилось быстрее. Эллен! Жена!
Он безмолвно воззвал к ней, и Эллен, словно услышав, принялась беспорядочно размахивать руками. Через несколько минут она исчезла из виду. Дункан представил, как Эллен бежит по винтовой лестнице, мчится через зал и кричит Адэр, Коналу и всем, кто ей встретился, что к ним едет лэрд Даффдура.
Дункан широко улыбнулся и пришпорил скакуна. Ворота Клайта распахнулись, и Эллен вырвалась вперед, словно ее подтолкнули. Подобрав зеленые юбки, она рванулась к нему. Дункан рывком натянул поводья, спрыгнул с седла и бросился навстречу ей.
Поймал в объятия и закружил, смеяеь от счастья, нахлынувшего на него приливной волной.
– Жена! – воскликнул он, глядя в ее запрокинутое личико, стоявшее у него в глазах все эти бесконечные месяцы.
– Муж! – ответила Эллен, и из глаз ее брызнули слезы, хотя она продолжала ослепительно улыбаться.
Он стал целовать ее жадно и яростно, обнимая все крепче, словно больше не желал отпускать. Эллен, целуя его так же лихорадочно, ощущая себя защищенной в кольце его рук, отчетливо сознавала, что сможет уберечь их любовь от Роджера Колби. Потому что они и их чувство были воплощением добра. Так же как Колби был олицетворением зла.
Роджер Колби с веселой ухмылкой смотрел вслед Эллен, несущейся прочь от замка. Наконец он повернулся, перешел подвесной мостик и приказал Рейфу, чтобы его жеребец и собаки были готовы через час.
– Еду на охоту, – сообщил он смеясь.
– За леди? – с любопытством спросил сержант. – Почему же вы в таком случае ее отпустили?
При обычных обстоятельствах сэр Роджер не потерпел бы подобных вопросов даже от самого верного слуги, но сейчас немного смягчился, рисуя себе соблазнительные картины. При мысли о том, что он наконец бросит пленницу на землю и станет вонзаться в нее, пока та не запросит пощады, у него сильнее билось сердце.
– Леди уверяла, что я не смогу поймать ее, поэтому я решил проверить, так ли это. Но не тревожься, скоро я подомну ее под себя и не стану слушать воплей и просьб о милосердии. Джонстон уже вымылся?
– Да, милорд, и ожидает ваших приказаний.
– Пусть ждет, – отмахнулся Колби. – Отведи ему топчан в казарме, дай поесть и передай, что я потолкую с ним завтра.