Видел бы ты нашего сына! Очень похож на тебя, зато характер и волосы унаследовал мои. Но каким он может быть милым, когда чего-то добивается! – рассмеялась Эллен. – Даже принцесса его обожает, как и ее придворные дамы. Она уверяет, что когда-нибудь он разобьет множество сердец. Боюсь, при таком количестве поклонниц он ужасно избаловался.
– В Даффдуре его ждет совсем другая жизнь, – заметил лэрд.
– Он привыкнет, – заверила мужа Эллен. – Уилли еще совсем маленький и на самом деле веселый и добродушный малыш. Здесь у него найдутся другие развлечения: собаки в зале, кошки в амбарах, лошади, коровы и овцы. Уилли очень умен и не просто похож на тебя. Вижу, он унаследовал твой ум. Иногда, бывает, надолго притихнет, словно о чем-то размышляет.
– Ты слишком высокого мнения о мальчишке, жена, – покачал головой лэрд. – Ему исполнится год только в конце месяца!
– Ты просто его не знаешь! – защищала сына Эллен.
– Откуда же мне знать, если моя жена месяцами живет при дворе, да еще и сына увезла! – колко ответил Дункан.
Ну вот, опять эти нотки подозрения в его голосе. Эллен тяжело вздохнула.
– Могу я напомнить, что отправилась ко двору не по собственному желанию? – вспылила она, хотя в присутствии короля побоялась повысить голос. – Я не знатна. И муж у меня не из могущественных лордов. Богатства я тоже не нажила. Приходится жить из милости у сильных мира сего, где меня считают чуть лучше служанки и едва замечают титулованные аристократки. И уж конечно, никогда со мной не заговаривают. Только моя дружба с королем и его теткой спасает от полного безразличия окружающих. И ты воображаешь, будто я предпочитаю такое существование жизни в собственном доме, где я сама себе хозяйка?! Где меня уважают?!
Эллен, борясь с выступившими слезами, рассерженно топнула ногой, чем вызвала нескрываемое любопытство окружающих.
– Что с тобой, красотка? – удивился король. – Едва приехала домой и уже ссоришься с мужем?
– Нет, милорд, просто нога затекла, вот и пришлось топнуть, чтобы вернуть ей чувствительность.
– Понятно, – протянул Яков Стюарт, весело посверкивая глазами. – А вы, милорд Армстронг, скажите, когда мы собираемся затравить английского лиса?
– Поскольку день клонится к вечеру, милорд, а луны на небе сегодня не будет, думаю, уместнее всего отправиться завтра с утра.
– Превосходно! – обрадовался король. – Я жажду встречи с человеком, готовым убить меня, чтобы вернуть благосклонность своего повелителя. Правда, Генрих Тюдор ни за что не признается в подобном злодеянии.
