Как только Вито узнал, что Билли улетела в Нью-Йорк, он тут же позвонил Мэгги и пригласил ее поужинать. Он не собирался вечером садиться за стол с Джиджи и Джози и разыгрывать из себя папочку, не испытывал желания есть в одиночку, у него на этот вечер не было запланировано никаких других встреч, и он всегда мог рассчитывать, что Мэгги угадает его настроение и не станет задавать вопросов, на которые он не хочет отвечать.
Они отправились к Доминику, в темный, прокуренный, тесный, неудобный, ничем не примечательный ресторан-гриль, даже без вывески над дверью, который был одним из самых засекреченных злачных мест в Голливуде.
Меню у Доминика разнообразием не отличалось: подавали несколько видов бифштексов и рубленого мяса, хотя изредка любимый завсегдатай мог получить и жареного цыпленка. Все знали, что мятые скатерти на столах когда-то были в красно-белую клетку, что здесь платили либо наличными, либо имели персональный счет, и если ты не постоянный клиент, заранее заказов на столик не принимали; после посещения этого заведения волосы пропитывались запахом пищи, а в голове возникал вопрос, почему ты пошел именно сюда, но тем не менее каждый вечер у Доминика собирались завсегдатаи, среди которых встречались и известные в Голливуде лица, а вот посторонних здесь никогда не было.
Подобно «Поло-Лаундж», это было некое место, где о твоем приходе наверняка становилось известно, и, когда Вито и Мэгги появились здесь три дня подряд, никому, даже Доминику, или, как его называли, Дому, это не показалось странным.
Здесь нельзя было заниматься тем, чем тебе не положено, потому что это место являлось частью деловой и профессиональной индустрии города, и по этой причине предполагалось, что встречи Вито с Мэгги Макгрегор могут объясняться только прагматичными соображениями…
Так, по крайней мере, по мнению Вито, рассуждали люди. В первый же вечер после совместного посещения Дома, Вито зашел к ней выпить, и тогда же они возобновили отношения, из-за которых осенью 1974 года она задержалась в Риме на две недели, объяснив это записью интервью для журнала «Космополитэн».
Уже во время ужина они оба знали, что это произойдет, и свободная откровенная атмосфера, всегда царившая у Дома, лишь усиливала их уверенность. Вопросов и ответов им не требовалось.
Еще с того раза, когда Мэгги впервые разделась перед ним, Вито запомнил ее бьющую через край эротичность.