Автор
В закутке под старой беседкой Тамара и Виктория окунаются во вкусную тоску после утомительного перелета, словно окованные невидимым ветром. Кругом необычайная московская атмосфера: грохот машин, разнообразие запахов и шума за стенами их небольшого домика в центре города....
И о чем я только думаю!
Он и правда приносит мне пару явно новых полотенец. Еще одно, что особенно приятно, он обвязал вокруг своей талии. Так что можно выдыхать.
Вхожу в ванную. Здесь роскошь, как, впрочем, и везде, куда Морозовы приложили свои миллионы. Вместо ванны — огромное джакузи, тут человека три поместится, не меньше. Пусть не сразу, но разобралась, как включать воду, не бугая же звать.
Свитер аккуратно сложен и лежит на тумбочке, рядом — моя рубашка, а джинсы… странно, где-то умудрилась их запачкать.
Пар быстро поднимается от воды, заполняя собой все пространство. Пора!
— Я подумал… эти полотенца мягче.
Он зашел без стука. Не понимаю, почему не закричала от неожиданности, просто очумело смотрю на Морозова, который совсем не торопится передавать мне махровый сверток.
Он разглядывает медленно, неторопливо и как-то… по-хозяйски, словно у него есть на это право! Взгляд останавливается на груди, и мне стоит огромных усилий сдержаться и не закрыть ее руками.
— Все рассмотрел? А теперь иди!
— На это можно смотреть вечно, — произносит он задумчиво. И, как бы я ни старалась услышать что-то пошлое в его тоне, найти то, чего нет, я не могу. — Значит, балетная школа? Заметно.
Она ему все про меня рассказала! Вот уж не думала, что помнит.
— Балетная школа, — отвечаю как можно более безразлично. — Выйди, если не хочешь, чтобы ушла я.
Глава 6
Вы пытались когда-нибудь расслабиться в чужой ванной? Получали удовольствие от бесконечных мыльных пузырьков, оставляющих на теле тонкий запах зеленого чая, зная, что за дверью находится тот, кого вы терпеть не можете, кто выводит из себя одним своим присутствием, тот, от которого бомбит так, что никакая выдержка не помогает? Единственный человек, рядом с которым вы сначала делаете, а потом думаете.
Напряжение сумасшедшего дня никуда не уходит, разве что смыла с себя всю грязь и пыль, что въелись в кожу. Ощущение, словно на пару килограммов легче стала.
