Автор
В закутке под старой беседкой Тамара и Виктория окунаются во вкусную тоску после утомительного перелета, словно окованные невидимым ветром. Кругом необычайная московская атмосфера: грохот машин, разнообразие запахов и шума за стенами их небольшого домика в центре города....
Теперь придется быстро уйти отсюда, хотя я собиралась еще осмотреться. Но делать это вместе с бугаем? Явно же не отцепится, пока я здесь.
Результаты должны объявить уже на этой неделе, может, даже завтра. Я не знаю, как должны отвечать другие, чтобы меня обойти. В душе уже поселилась уверенность, что учиться дальше я буду здесь.
Не глядя на Морозова, стремительно прохожу мимо. Верхняя одежда на первом этаже, буду там через пять минут. А потом? Потом пойду гулять по городу. Но сначала наберу папу. Я знаю, как он переживал за меня.
— Вик! Заработаешь одышку, я ведь все равно догоню.
Он идет уже рядом, даже чуть опережает меня.
— Как же хорошо было, когда тебя не было! — все же не сдерживаюсь я. — Несколько дней тишины и покоя!
— Шпана местная не беспокоила?
— Нет. Когда ты улетаешь на свой курорт? — Мне и правда хочется понять, как долго еще он меня будет доставать.
— Я тут подумал… Знаешь, Новый год, наверное, здесь отмечу, а дальше посмотрим.
Тот редкий случай, когда я хочу, чтобы он врал.
"— Надеюсь, увидимся с тобой нескоро, — говорю Морозову, когда забираю из гардероба свою куртку. — И с твоей подружкой Дятловой тоже.
Последнюю фразу говорить, конечно, не следовало, но если Морозов и дальше станет доставать, значит, и его подружка будет отираться где-то рядом.
— Она мне не подружка, Вик. — Бугай уже успел одеться и явно намерен продолжать выносить мне мозг. — Просто знакомая. Садись в машину, отвезу тебя в этот сарай. Но можем у меня остаться.
На улице дубак, градусов двадцать, не меньше. А когда поднимается ветер, так вообще кажется — на ходу замерзну. Но Морозов оправдывает фамилию, на таком холоде еще и по телефону треплется.
— Да, Ольга Николаевна, со мной. Все нормально, как я понял… Да Вика вам сама сейчас позвонит. Мы только в машину сядем. Холодновато тут немного.
Значит, все-таки ради мамы старается. В груди что-то неприятно кольнуло. Интересно, целовал меня на удачу тоже потому, что она попросила?!
До метро идти недалеко, в машину к нему точно не сяду.
— Ты просто поговори с ней. От тебя не убудет, ей приятно, а я отстану. Ненадолго. — Он идет рядом, заставляя меня чуть сдвинуться влево. — Не дури. И в машину садись.
Теперь уже у меня звонит мобильный. Папа!
Пальцы ледяные, никакие теплые перчатки не спасают от мороза. Звонок обрывается, телефон гаснет.
