«Теоретическое и практическое ядоделание». И, что примечательно, практическое шло первым. Да, опытные преподаватели – они знают, что адепт-первокурсник в состоянии сварить яд без какой-либо подготовки, просто по велению сердца закидывая в котел все, что душе угодно.
Имелась, конечно, и четвертая пара, но напротив нее в расписании первого курса значилось – «не для болотных рас», а потому я с чистой совестью проигнорировала «Основы боевой магии». Боевой магии?!
«Ладно, лучше схожу, – решила я, но природная лень добавила: – Как-нибудь в другой раз».
Впрочем, до практического решения, что посещать, а где можно и вздремнуть, у меня еще было время, а потому, натянув сарафан, обувшись и попытавшись расчесать зеленое гнездо, чеканя шаг, я выплыла в город.
Что и говорить, столица – это столица. Ни тебе тихих улочек, ни радостных лиц прохожих, ни вежливых продавцов и благородных аристократов. Нет, все это было слишком утопично, чтобы иметься в наличии в гордом стольном граде Кирстенской империи.
Едва я ступила за порог своего вуза, как меня попыталась сбить с ног противная животина с не менее противным всадником. Это, не побоюсь такого слова, чмо стегнуло бедную скотинку хлыстом и хотело меня протаранить. Не удалось! Как комары летали ко мне знакомиться, так и умная скотинка, почуяв болотную кровь, затормозила прямо перед моим носом.
Инерцию в этом мире никто не отменил. Как красиво летел хлыщ на брусчатку… И почему я не додумалась спать в обнимку со смартфоном! Запись взорвала бы Ютуб (если бы меня прежде не сожгли!).
Решив не злоупотреблять терпением местных, я бодро припустила куда-то. Логика подсказывала: где больше шума – там и рынок. Подсказывала, но не предупреждала, что рынок может быть не только продуктовый и вещевой, но и с животными.
Запах навоза преследовал меня еще долго.
Зная о своем топографическом кретинизме, я вернулась к Академии, чтобы не заблудиться, и пошла в другую сторону с явным намерением взять «языка». Но почему-то «язык» не брался! То ли прохожим не нравилась моя кровожадная улыбка и вспыхивающие непередаваемой радостью глаза, то ли к кикиморам здесь плохо относились, но ни одна жертва не пожелала сдаться на милость победителя.
Устав от безрезультатных гонок, я присела на теплый камешек и закрыла лицо руками.